19 ноября

Охотился дурно, ссорился с братом. —

С утра ленился приняться. Немного написал Р[оманъ] Р[усскаго] П[омѣщика]. Получил письмо от В[алерiи] недурное, но странно — под влиянием работы, я к ней хладнокровен. Гимнастика, дома обедал, от пива спать захотелось, написал В[алерiи] среднее письмо и от 9 до 2 работал. Больше половины сделано.

Писал. Вечер у Дьяк[овыхъ]. Л[изавета] очень хороша. Глаза.

Жив и очень даже. Целое утро писал, кончил кое- как Ф[ридрихса]. Вечером читал Комедию любви Ибзена. Как плохо! Немецкое мудроостроумие — сквер[но]. Не записал, вчера С[оня] обиделась, что ее не подождали читать. Оказалось, что это у ней накипевшее оскорбление от Тани, ушедш[ей] от ее музыки. Она говорит: я одинока совсем в семье. Может быть, я виноват. Очень жалко, любя жалко стало ее. Как хорошо, что я не обиделся, а сказал ей, что б[ыло] правда, что у меня заболе[ло] сердце. И она смягчилась и меня пожалела. Ходил гулял утром и думал о ней, о том, чтобы письмо ей написать, к[оторое] бы она прочла после моей смерти. Сказать ей хочу, что ей надо искать, искать веры, основы духовной жизни, а нельзя жить, как она, инстинктам[и] (к[оторые] у ней все, нет не все, материнские хорошие) и тем, что другие делают. Другие сами не знают, п[отому] ч[то] то, на чем они стоят, проваливается.

Е. б. ж. — К 18-му. Думаю с большою живостью о ст[атье] о непр[отивлении]. Всё яснеет. Хочется тоже свободное художественно[е]. Но не позволяю себе, пока не кончу этого.

Потому утром, что ничего не могу делать. Стараюсь приучиться к этому и не роптать. Внутренняя работа идет, и потому не только [не] роптать, но радоваться надо. Удивительно устроен человек. Или здесь работай, или готовься для работы там. Самая же лучшая работа здесь тогда, когда готовишься для работы там.

Много ходил с М[ихаиломъ] С[ергѣевичемъ]. Я его начинаю просто любить. Был у Буланже. Он очень болен. Говорил с Филипповым о марксизме.

Записано:

1) О нелепости просительной молитвы. Каково бы было положение тела, если бы каждая клеточка могла просить — и с успехом — Бога о том, чтобы для неё были по её желанию размѣщен[ы] клеточки или чтобы не умирала она сама и те клеточки, котор[ыя] ей приятны.

Жив. Мало спал, но приятно возбужден. Но опять совсем ничего не работал. Во 1-х, получил 28 писем, во 2-х, пришел проститься милый Гусаров, и в 3-х, ночью еще записал о сознании и переправлял. Получил второе и третье письмо с осуждением за статью о науке, и все от одинакового типа людей: людей, «верующих» в науку, как в религию, поставивших себе идеалом достижение этой науки, достигших известной степени ее обладания, и вдруг неверующий позволяет себе отрицать эту единственную святыню. Кроме того, это всё люди партий. Тут на сцене и то, что это на руку С[оюзу] Р[усского] Н[арода], и что это против программы и т. п. Нынче мне всё хорошо, и стыдно сказать, всё от того, ч[то] желудок освободился. Не хочется верить, — так много духовного в эти периоды телесного здоровья. Нынче особенно близко чувствую себя к Богу и так хорошо, искренно, не забывая, молюсь короткой молитвой: Помоги мне быть с Тобою и при общении с людьми, и при чтении писем, и при воспоминании о людях.

Старался вчера и третьего дня быть добрым, помнящим свое назначение, свою и ничтожность и величие, и держался, но только держался, но далеко не б[ыло] того, что было и продолжает быть нынче. Думаю, что эти дурные телесные состояния полезны, вызывая усилие подъема. Когда же телесно хорошо, подъем это[т] особенно заметен.

От Леонида Семенова прекрасное письмо. Как радостно и благотворно общение с такими людьми!

Сейчас постараюсь ответить ему. Записать:

1) Прощение не имеет смысла для христианина. Понятие прощения вытекает из нехристианского чувства и понятия наказания — мести.

2) Большая заметка о сознании, о том, что сознание есть чувствование в одно и то же время всего и своего отдельного от всего существа. Проявление этого чувствования есть любовь ко всему и любовь к себе. Любовь есть желание блага предмету любви, и потому любовь ко всему есть желание блага всему и производит согласие, мир, единение; любовь же к себе есть желание блага одному себе и производит вражду, борьбу, раздор. Кроме того, любовь ко всему включает любовь к себе, любовь же к одному себе исключает любовь ко всему. И потому любовь ко всему побеждает любовь к себе, и в этой победе жизнь и каждого отдельного человека, и всего мира.

Завтра приезжают музыканты. Спроси[л] себя перед Богом и нашел, что безразлично. Иду обедать.