Письмо А. Ф. Кони от 12 апреля 1900 г.

А. Ф. Кони.1900 г. Апреля 12. Москва.

Благодарю вас, дорогой Анатолий Федоровичу за присылку интересных дел. Возвращаю их с В. А. Маклаковым, ¹ которого вы знаете и которого рекомендую вам, как очень даровитого и хорошего молодого человека. Очень сожалею о том, что ваша речь вызвала неосновательные возражения. ² То, чтò вы сказали, было очень естественно и целесообразно. Надо выучиться не обращать на это внимание, чтò вы знаете лучше меня.

Очень рад буду увидать вас и обо всем побеседовать.

Неудача по делу Ерасова меня очень огорчила, а ему будет очень тяжела. ³

Он прекрасный человек. Такое же дело Зиновьева кассировано, и вновь суд обвинил. 5 Будем толкать, авось и отверзется.

Любящий вас

Л. Толстой.

12 Апреля

1900.

1. 1. Василий Алексеевич Маклаков (p. 1869 г.) — московский адвокат, общественный деятель. См. письма 1898 г., т. 71.
2. 2. Речь А. Ф. Кони о судьбах русского языка, произнесенная 9 марта 1900 г. на первом соединенном заседании Отделения русского языка и словесности и Разряда изящной словесности Академии наук, учрежденного в ознаменование 100-летия со дня рождения А. С. Пушкина. «В начале XVIII века в сильный и цельный по своему источнику русский язык, особливо в язык официальный, вторглось множество иностранных слов, замутивших его чистоту и придавших ему новый, странный и несимпатичный характер изломанности и деланности ... Затем настоящий русский язык постепенно отвоевывает свои попранные права и, благодаря усилиям Карамзина и в особенности Пушкина, истинного и непревзойденного создателя литературного языка, становится на надлежащую высоту. Однако, со второй половины XIX столетия спокойно обрабатываемая книга сначала постепенно, но неуклонно, а затем с увеличивающеюся быстротою замещается лихорадочно составляемою газетою, и читатель в большинстве предпочитает слушать не результат продуманной мысли автора сочинения, а услышать поскорее вести, удовлетворяющие его злободневному любопытству. А эти вести часто не церемонятся с русским языком, в который вторгается множество слов и оборотов, совершенно чуждых ему и его законам ... Да будет же дозволено высказать пожелание, чтобы новое сочетание академических сил, следуя заветам великого поэта, сослужило всеми зависящими от него способами службу русскому обществу, укрепляя в нем правильный взгляд на призвание писателя, содействуя увеличению простора русской мысли и став на стражу драгоценных прав русского языка» («Правительственный вестник» 1900, № 58 от 14 марта). В «Новом времени» 1900, № 8638 от 15 марта напечатаны возражения «нашему Златоусту»: «Несомненно, газетное дело требует спешности и не терпит медлительности. Главным образом это относится к событиям дня, к хронике общественной жизни, относится к таким отделам, по которым никто российскую литературу не изучал и изучать не будет. Но и в этом сборном материале слухов и вестей работает уже человеческая мысль, отметая сор и внося стройный порядок в тот отдел повседневного бытия, который без газетного упорядочения погрязал в клоаке сплетен ... Для наилучшего проникновения в массу читателей газетная статья должна быть составлена безусловно ясно. Это же требование исключает возможность пользования или, по крайней мере, злоупотребления иностранными словами. А вот в “сочинениях авторов спокойно обрабатываемых книг” обыкновенно целые дебри иноземных выражений ... Значение и русского языка, и Карамзина, и Пушкина, и самая речь А. Ф. Кони проникли и проникнут в огромное большинство читающего населения путем тех же лихорадочных газет, путем ежедневной печати ... Итак, “да будет же” отдана справедливость газете и газетным сотрудникам» (В. С. К ривенко? , «Так ли?»).
3. 3. См. письмо № 263.