Письмо Эйльмеру Мооду (Aylmer Maude) от 23 мая 1900 г.

Печатается по фотокопии с автографа, находящегося у адресата. Отрывок опубликован в переводе на английский язык в книге Моода «The Life of Tolstoy. Later Years», London, 1910, стр. 569—570.

Ответ на письмо Эйльмера Моода от 30 мая н. ст. 1900 года. Моод писал (перевод с английского): «У меня есть вопрос, по которому я давно хотел спросить вашего мнения, — вопрос о неплатеже налогов. Я вполне согласен с необходимостью и правильностью поступка Торо. Но мне кажется, что он был необходим и правилен потому, что Торо считал необходимым объявить протест в той обстановке, в которой он находился. Другие люди могут выступить с подобным протестом против войны или суда. Тем не менее, я не считаю, чтоб из отказа от уплаты дани кесарю вытекало определенное правило поведения, нравственно обязывающее христианина. Мне кажется, что сила государства не столько в деньгах, собираемых или отбираемых им, сколько в подчинении, страхе и одобрении со стороны отдельных лиц. Во время этой войны [англо-бурской] я наблюдал любопытный пример того, как механический способ разрешения вопроса может парализовать целое движение. От группы “Братство” не было заявлено почти ни одного протеста. (В соседстве с ними имеется небольшое общество “Друзей мира”, но лишь три человека из группы “Братство” поддержало их.) И как оправдание, выставлялось: государство нанимает солдат на деньги, собранные налогами. Мы платим эти деньги тем, что пьем чай, курим, пьем пиво — всё это обкладывается налогом. Если же мы живем с капитала, то налог вычитается с нашего дохода при уплате дивиденда. Таким образом, мы оплачиваем армию и, не чувствуя себя готовыми противостоять этому порядку вещей, мы считаем лицемерием выражать наше порицание этой войне, пытаться пресечь ее, или же ходатайствовать о снисхождении к бурам. Говорят, что будто бы в вашем письме к Шмиту вы несколько высказываетесь в пользу такого взгляда. Но я не думаю, чтоб вы хотели сказать, что если люди не считают себя обязанными отказываться от уплаты дани кесарю, то они должны воздерживаться и от всякого одобрения или порицания величайшего национального преступления, оправдываемого тем, что оно будто бы совершается с согласия девяти десятых всего народа. — Другой вопрос, интересующий меня, касается моей статьи “Talks with Tolstoy” [“Беседы с Толстым”], напечатанной в “New Century Review”. Так как она может быть переиздана, то я хотел бы знать, верно ли я передал ваши взгляды, чтоб исправить все неточности. Некоторым из моих друзей в Манчестере так нравится моя лекция “The Teaching of Tolstoy” [“Учение Толстого”], что они пожелали ее напечатать в виде листка ценой в одну пенни. Листовка сейчас в печати, и, когда выйдет, я пришлю вам экземпляр. Еще я перевел как мог старательнее “Первую ступень”, “Как чертенок краюшка выкупал” [последнее название вписано по русски] и “Пустой барабан” [...] Мы предполагаем получить в июле еще денег от продажи “Воскресения” в Англии и Америке. До получения первых сумм мы уже дали взаймы триста фунтов стерлингов шести беднейшим селам [духоборов]. Теперь мы вернем себе эти деньги, а остальные в общей сумме сто фунтов стерлингов пусть Арчер раздаст, как он найдет наилучшим, по обсуждении с Зибаровым и “старичками”. Есть ли у вас по этому поводу особое желание? Или вы предоставляете нам поступать по нашему разумению? [...] Мы слышали, что профессор Херон, покинувший кафедру в университете штата Айова, собирается посетить вас. Повидимому, он имеет большое влияние в Америке, и я уверен, что он искренен, но мне не совсем ясно, чего он хочет, и не перевешивает ли в нем забота о влиянии, которым он пользуется. Говорят, что он собирается выступать о половом вопросе и не серьезно [...] Я работаю над статьей о половом вопросе, стараясь изложить вашу точку зрения возможно проще и яснее. Статья еще не готова, и я сомневаюсь, найду ли издателя».

Об отказе Торо от уплаты налога см. письмо № 322.

См. письмо к Евгению Шмиту от 5 ноября 1896 г., т. 69.