Письмо Гр. А. В. Олсуфьеву от 2 мая 1900 г.

Гр. А. В. Олсуфьеву. Неотправленное?1900 г. Мая 2. Москва.

Дорогой Александр Васильевич,

Пеняйте на свою доброту, если я надоедаю вам и все тем же. Надеюсь, что хоть сколько нибудь искупает эту докуку — не говорю о моей сердечной благодарности вам — сознание того, что дело это очень важное и может повести к благому результату смягчения религиозной нетерпимости нашего правительства, так бесполезно вызывающей нерасположение к нему и производящей страдания очень многих. Это опять молокане, теперь совсем другой губернии — ериванские — около 3-х тысяч душ. Они приехали ко мне с прошением, прося помочь им в передаче его Царю. Я опять употреблял все мое красноречие на то, чтобы отговорить их от переселения, но не могу не сочувствовать их желанию избавиться от гонений за веру.

Письмо это передадут вам или они сами, или оно будет приложено к прошению на ваше имя. Повторяю то, чтò говорил вам в Москве: если почему нибудь вам неприятно передать прошение Государю, то, пожалуйста, откажите им, даже не трудясь отвечать мне. Я очень благодарен вам за прежнюю вашу помощь и с самым искренним уважением остаюсь любящий вас

Лев Толстой.

2 Мая 1900.

Печатается по автографу, хранящемуся в ГТМ. Публикуется впервые.

Гр. Александр Васильевич Олсуфьев (1843—1907) — генерал-адъютант Николая II, помощник начальника императорской главной квартиры, личный знакомый Толстого. См. письма 1897 г., т. 70.

Пять тысяч молокан Карской области и три тысячи молокан Эриванской губернии, не находя для себя более возможным выполнять требования государства, противные их вере (присяга, военная служба), и не надеясь на отмену этих требований, решили последовать примеру духоборов и подать на высочайшее имя прошение о выпуске их за границу. Прошение карских молокан было Толстым передано царю через гр Олсуфьева (см. письмо № 278). Комментируемое письмо касается молокан Эриванской губернии. К Толстому приехали ходоки И. К. Холопов и П. Т. Шубин. Они просили оказать содействие в передаче прошения царю. Толстой передал прошение опять через гр. Олсуфьева. Толстой говорил приехавшим молоканам: «Готовы ли вы понести те страдания, которые вас ожидают в случае категорического отказа от воинской повинности? А гонения на вас будут такие же, какие на духоборов. Вам тяжело будет. Если не готовы, то лучше избирайте иной путь выхода, уходите поодиночке и маленькими партиями». Ходатайство молокан, пересланное министерством внутренних дел на усмотрение главноначальствующего гражданской частью на Кавказе, было оставлено без последствий. В 1901 г. молокане вновь подали прошение царю. Они писали: «Мы совсем нежелательны в пределах российского государства, да сами же мы не желаем иметь сердечной связи с государством, как с отечеством, при очень неравных законах для сектантов и православных». Молоканам неофициально разрешили переезжать небольшими партиями в полтораста-двести человек. Переезд начался с весны 1901 года и продолжался до 1911 года. За этот период выехало в Америку около трех с половиной тысяч человек. Поселились в Калифорнии и в Мексике. В настоящее время калифорнийские молокане материально вполне обеспечены. «Молодые смешиваются с американцами, есть случаи выхода замуж за негров. Жалуются, что не пройдет еще десятка лет, и вся молодежь погибнет в американской жизни. Старики плачут, что все братство увлекается наживой долларов и только этим живет» (из письма И. Л. Лебешова к В. Д. Бонч-Бруевичу от 27 декабря 1929 года. Другие сведения для комментария взяты из того же письма. Письмо находится в архиве В. Д. Бонч-Бруевича).

Примечания