Письмо Гр. С. Н. Толстому от 20 ноября 1854 г.

Гр. С. Н. Толстому.1854 г. Ноября 20. Эски-Орда.

29 Ноября.

Любезный друг Сережа!

Я Бог знает, как виноват перед всеми вами с самого моего отъезда, и от чего это случилось, сам не знаю; то рассеянная жизнь, то скверное положение и расположение, то война, то кто-нибудь помешает и т. д. и т. д. Главная же причина — рассеянная и обильная впечатлениями жизнь. Столько я переузнал, переиспытал, перечувствовал в этот год, что решительно не знаешь с чего начать описывать, да и съумеешь ли описать, как хочется. Ведь, я тетиньке написал про Силистрию, ¹ a тебе и Николиньке я не напишу так, — я б хотел вам передать так, чтобы вы меня поняли, как я хочу. Теперь Силистрия старая песня, теперь Севастополь, про который, я думаю, и вы читаете с замиранием сердца, и в котором я был 4 дня тому назад. ² Ну, как тебе рассказать все, что я там видел и где я был и что делал, и что говорят пленные и раненные Французы и Англичане и болъно ли им и очен ли больно им, и какие герои наши моряки и наши солдаты и какие герои наши враги, особенно Англичане. Рассказывать это все будем в Ясной после или Пирогове; а про многое ты от меня же узнаешь в печати. Каким это образом, расскажу после, теперь же дам тебе понятие о том, в каком положении наши дела в Севастополе. Город осажден с одной стороны, с южной, на которой у нас не было никаких укреплений, когда неприятель подошел к нему. Теперь у нас на этой стороне больше 500 орудий огромного калибра и несколько рядов земляных укреплений, решительно неприступных. Я провел неделю в крепости и до последнего дня блудил, как в лесу, между этими лабиринтами батарей. Неприятель уже более 3-х недель подошел в одном месте на 80 сажен и нейдет вперед; при малейшем движении его вперед, его засыпают градом снарядов. Дух в войсках свыше всякого описания. В времена древней Греции не было столько геройства. Корнилов, ³ объѣзжая войска вмѣсто: «здорово ребята!», говорилъ: «нужно умирать, ребята, умрете?» и войска кричали: «умремъ, В[аше] П[ревосходительство.], Ура!» И это былъ не эфектъ, а на лицѣ каждаго видно было, что не шутя, а взаправду, и уж 22000 исполнили это обещание. —

Раненный солдат, почти умирающий, рассказывал мне, как они брали 24-го франц[узскую] батарею и их не подкрепили; он плакал навзрыд. Рота моряков чуть не взбунтовалась за то, что их хотели сменить с батареи, на которой они простояли 30 дней под бомбами. Солдаты вырывают трубки из бомб. Женщины носят воду на бастионы для солдат.

Многия убиты и ранены. Священники с крестами ходят на бастионы и под огнем читают молитвы. В одной бригаде, 24 ⁴ было 160 человек, которые раненные не вышли из фронта. Чудное время! Теперь, впрочем, после 24 умы поуспокоились, — в Севастополе стало прекрасно. Неприятель почти не стреляет, и все убеждены, что он не возьмет города, и это действительно невозможно. Есть 3 предположения: или он пойдет на приступ, или занимает нас фальшивыми работами, чтобы прикрыть отступление, или укрепляется, чтобы зимовать. Первое менее, а второе более всего вероятно. Мне не удалось ни одного раза быть в деле; но я благодарю Бога за то, что я видел этих людей и живу в это славное время. Бомбардированье 5-го числа останется самым блестящим славным подвигом не только в Русской, но во всемирной Истории. Более 1500 орудий два дня действовали по городу и не только не заставили сдаться его, но не заставили замолчать и 1 / 20 -й наших батарей. ⁶ Ежели, как мне кажется, в России невыгодно смотрят на эту кампанию, то потомство поставит ее выше всех других; не забудь, что мы с равными, даже меньшими силами, с одними штыками и с худшими войсками в Русской армии (как 6-й корпус), деремся с неприятелем многочисленнейшим, имеющим еще флот, вооруженный 3,000 орудий, отлично вооруженный штуцерами и с лучшими его войсками. Уж я не говорю о преимуществе его генералов. Только наше войско может стоять и побеждать (мы еще победим, в этом я убежден) при таких условиях. — Надо видеть пленных Французов и Англичан (особенно последних): это молодец к молодцу, именно морально и физически, народ бравый. Козаки говорят, что даже рубить жалко, и рядом с ними надо видеть нашего какого нибудь егеря: маленький, вшивый, сморщенный какой-то.

Теперь расскажу, каким образом ты в печати будешь от меня же узнавать о подвигах этих вшивых и сморщенных героев. В нашем артиллерийском штабе, состоящем, как я, кажется, писал вам, из людей очень хороших и порядочных, родилась мысль издавать военный журнал, с целью поддерживать хороший дух в войске, журнал дешевый (по 3 р.) и популярный, чтобы его читали солдаты. Мы написали проэкт журнала и представили его Князю. Ему очень понравилась эта мысль, и он представил проэкт и пробный листок, который мы тоже составили на разрешение Государя. ⁷ Деньги для ⁸ издания авансируем я и Столыпин. ⁹ Я избран редактором вместе с одним Г[осподи]ном Константиновым, ¹⁰ который издавал Кавказ и человек опытный в этом деле. В журнале будут помещаться описания сражений, не такие сухия и лживые, как в других журналах. Подвиги храбрости, биографии и некрологи хороших людей и преимущественно из темненьких; военные рассказы, солдатския песни, популярные статьи об инженерном, артиллерийском искусстве и т. д. Штука эта мне очень нравится: во первых я люблю эти занятия, а вовторых, надеюсь, что журнал будет полезный и не совсем скверный. — Все это еще предположения до тех пор, пока не узнаем ответа Государя, а я, признаюсь, боюсь за него: в пробном листке, который послан в Петербург, мы неосторожно поместили 2 статьи, одна моя, другая Ростовцева, ¹¹ не совсем православных. Для этой же штуки мне и нужны 1,500 р., которые лежат в Приказе и которые я просил Валерьяна прислать мне. Так как я уже проболтался тебе об этом, то передай и ему. Передай кстати Валерьяну, что я на днях имел счастье представляться его бывшему Генералу, ¹² что он [?] ужасно стар, что несмотря на то, что он это скрывает, я убежден что [у] него песок из жопы сыпется, что под Алмой он вел себя столько же храбро — сколько и глупо. Между прочим об нем очень спрашивал.

Я, слава Богу, здоров, живу весело и приятно с самых тех пор, как пришел из-за границы. Вообще все мое пребывание в армии разделяется на 2 периода, за границей скверный, — я был болен, и беден, и одинок, — в границах приятный: я здоров, имею хороших приятелей, но все-таки беден, — деньги так и лезут.

Писать не пишу, но за то испытываю, как меня дразнит тетинька. Одно беспокоит меня: я 4-й год живу без женского общества, я могу совсем загрубеть и не быть способным к семейной жизни, которую я так люблю. Прощай же, Бог знает, когда мы увидимся, ежели вы с Николинькой не вздумаете отъезжим полем завернуть как нибудь из Тамбова в главную квартиру, а война, кажется, затянулась надолго. За Силистрию я, как и следовало, не представлен, а по линии получил подпоручика, чему очень доволен, а то у меня было слишком старое отличие для Прапорщика, — стыдно было.

1. 1. Имеет в виду письмо № 88.
2. 2. С Дуная Толстой приехал 2 ноября 1854 г. в Одессу, а 7 ноября в Севастополь, где был прикомандирован к 3 легкой батарее 14-й артиллерийской бригады. 15 ноября Лев Николаевич выехал на позицию в 6 верстах от Симферополя, в деревню Эски-Орда.
3. 3. Владимир Алексеевич Корнилов (1806—1854), вице-адмирал, один из главных участников Севастопольской обороны, участник Наваринского сражения и Синопского боя. После открытия Крымской кампании Корнилов стал во главе обороны северной стороны Севастополя, но вскоре был переведен на защиту южной стороны к адмиралу П. В. Нахимову. В первый же день бомбардирования Севастополя, 5 октября 1854 г., на Малаховом кургане был смертельно ранен.
4. 4. Толстой имеет в виду т. н. Инкерманское сражение 24 октября, когда русские войска атаковали союзников при Инкермане. Главная атака была поручена генералу П. А. Даненбергу. Несмотря на превосходство сил русской армии (80 000 против 70 000 союзных войск), сражение было проиграно. Наши потери убитыми и ранеными были более 10 000 человек.
5. 6. Результат первого бомбардирования Севастополя 5 октября так оценивается М. И. Богдановичем: «Несмотря однако же на успех действий английской артиллерии, цель бомбардирования, состоявшая в совершенном ослаблении обороны Севастополя, не была достигнута. Потери, понесенные англо-французами, были напрасны, и положение их после усиленного бомбардирования, 5 октября, сделалось затруднительнее прежнего. Доселе с нашей стороны как бы признавалось превосходство союзников в силах: наш флот, не смея искать встречи с неприятелем, скрывался в бухте, под защитою укреплений, которых сопротивление еще не было испытано, а русская армия, после сражения на Алме, также уклонялась от решительного боя. Но в день 5 октября русские, и прежде готовые пасть в защиту Севастополя, уверились на опыте в возможности успеха борьбы с сильным противником, а союзники были принуждены отказаться от надежды легкого торжества и приступить к медленному способу действий — формальной осаде Севастополя» (М. И. Богданович «Восточная война, 1853—1856 гг.», г. III, Спб., 1876, стр. 95—96).
6. 7. Мысль о журнале вышла из плана создать общество для содействия просвещению и образованию среди войск. План этот родился среди семи офицеров артиллерийского штаба южной армии: Толстого, капитана Алдр. Яковл. Фриде (1822—1894), капитана Арк. Дм. Столыпина, штабс-кап. Иосифа Карл. Комстадиуса (убиг в Инкерманском сражении 24 октября 1854 г.); штабс-капитана Льва Федор. Балюзека (1822—1879), поручика Шубина и поручика Конст. Ник. Боборыкина (1829—1904). В дневнике Толстого под 17 сентября 1854 г. записано, что его «сильно занимает» «план составления общества», а под 23 сентября — 5 октября записано: «план общества перешел в план журнала — для бòльшей части из 7-ых, но не для меня и для Фриде. По случаю журнала я не еду и журнал подвигается слабо... Мне необходимо написать статью в пробный листок»: под 6—11 октября: «Журнал подвигается медленно».
7. 8. Зачеркнуто: начала.
8. 9. Аркадий Дмитриевич Столыпин (р. 25 декабря 1821 г., ум. 17 ноября 1899 г.) участвовал в Венгерской кампании в качестве офицера генерального штаба в партизанском отряде полковника Хрулева. В Восточную войну назначен адъютантом при начальнике артиллерии действовавшей за Дунаем армии. В Крыму состоял адъютантом начальника артиллерии Южной армии, а затем — начальника артиллерии Крымской армии. За оборону Севастополя получил золотое оружие. По окончании войны состоял при Оренбургском и Самарском ген.-губернаторе и был атаманом Уральского казачьего войска. В Русско-турецкую войну 1877—1878 гг. состоял в распоряжении главнокомандующего Дунайской армией, а затем был ген.-губернатором Румелии и Адрианопольского санджака. После войны командовал IX армейским, а затем гренадерским корпусом. С 1889 г. состоял членом Александровского комитета о раненых, а с 1892 г. был заведующим придворною частью в Москве. Столыпин занимался литературой, скульптурой и музыкой. Кроме его описания ночной вылазки в Севастополе, напечатанного при посредстве Толстого в «Современнике» 1855 г. № 7 (см. п. Толстого №98), им составлена «История России для народного и солдатского чтения». Его мелкие статьи и воспоминания печатались в разное время в нескольких журналах и газетах за подписью «Ст...». На академической выставке в 1869 г. были выставлены две работы Столыпина. Сочинял Столыпин и музыкальные произведения.
9. 10. Осип Ильич Константинов (р. в 1813 г., ум. 3 мая 1856 г.) по окончании Первого кадетского корпуса служил в артиллерии; в 1840—1849 гг.
10. 11. Граф (с 23 апреля 1861 г.) Николай Яковлевич Ростовцев (1831—1897), старший сын известного деятеля по освобождению крестьян Я. И. Ростовцева, в 1854—1855 гг. обер-офицер артиллерии Южной армии. За знакомство с Герценом 5 июня 1862 г. Ростовцев, в то время офицер генерального штаба, флигель-адъютант, был уволен со службы. Впоследствии принятый снова на службу был военным губернатором й командующим войсками Самаркандской области. Толстой в 1890 г. в разговоре с Ю. О. Якубовским вспоминал Ростовцева: «Это был один из самых блестящих офицеров русской армии. Мы были тогда очень дружны с ним. С ним же мы задумали и хлопотали об издании журнала для солдат. Ростовцев выработал программу и представил ее на разрешение, но, понятно, журнал не разрешили, и остались одни только добрые намерения». («Толстовский ежегодник», 1913, стр. 23, вторая пагинация.)
11. 12. Возможно, что речь идет о гр. Дм. Ероф. Остен-Сакене (1789—1881), о котором см. прим. 3 к п. № 98.