Письмо Кн. Д. А. Хилкову от 8 июня 1899 г.

Кн. Д. А. Хилкову.1899 г. Июня 8. Я. П.

8 Іюня.

Получил ваше письмо, дорогой Дм[итрий] Ал[ександрович], и очень благодарен за сведения, кот[орые] вы мне даете о Духоборах. 1 Многого и многого можно бы и естественно желать для людей, ставших на тот путь, на который они стали. Понимаю St. John’a, 2 который огорчен тем, что они вступают в денежные обязательства, да мы то, я то не имею права советовать, не находясь в их положении и не испытывая всех тех соблазнов, которые они испытывают. Могу только быть им благодарен за то, чтò они дали мне.

Я не знаю, писали ли мы Карским, 3 что деньги от них 1000 р. получены и лежат в банке, ожидая случая их употребления для Якутских братьев. 4 Есть у меня еще для них же 500 р. 5 Жены Якутских по последним сведениям, полученным мною от сопровождающего их доктора, еще не доехали, т. е., вероятно, доехали, но сведений еще не имею. 6 Поѣхали онѣ очень хорошо, не арестовываясь, с помощью добрыхъ людей. Якутскіе очень желаютъ въ Канаду, но до сихъ поръ мои попытки ходатайства объ этомъ были безуспѣшны. Жду перемѣны министра 7 и тогда вновь попытаюсь и о них, и о Веригине, 8 и о вас, чтобы вас пустили в Россию. 9 Я надеюсь, что все это будет. Особенно желательно освобождение Веригина и переезд его в Канаду. От него давно не имею известия.

На днях был у меня из Павловок человек, забыл его фамилию, он смущен тем, что земский начальник, вызвавший всех просившихся заграницу и объявивший им, что министр будет ходатайствовать (пустая формальность), не вызвал их двоих. Они на нынешний год успокоились. 10 К будущему году подумаем. Главное, я не знаю, разрешат ли им продать наделы. В этом все дело, п[отому] ч[то] это их единственное средство переезда. Бог даст, вас пустят, и тогда вы все решите. Народ очень привлекательный. Я видел троих. 11

Пожалуйста, пишите мне. Нам надо быть дружным, и я в этом отношении вполне исполняю чтò надо. Исполняйте и вы. 12 Я очень занят писанием. 13 И не могу оторваться. Думаю, что как природа наделила людей половыми инстинктами для того, чтобы род не прекратился, так она наделила таким же кажущимся бессмысленным и неудержимым инстинктом художественности некоторых людей, чтобы они делали произведения приятные и полезные другим людям. Видите, как это нескромно с моей стороны, но это единственное объяснение того странного явления, что не глупый старик в 70 л[ет] может заниматься такими пустяками, как писание романа.

Братски приветствую вас. Передайте, если увидите, мой привет St. John и Сулеру. 14

Лев Толстой.