Письмо Л. Л. Толстому от 18 декабря 1895 г.

Л. Л. Толстому.1895 г. Декабря 18. Москва.

Давно не писал тебе, милый Лева, и, несмотря на то, что ты часто пишешь, спасибо тебе, соскучился о тебе. Ты пишешь, что тебе одиноко перед праздниками, я очень понимаю это, но тут же пишешь, что у тебя есть друзья, тебя любят, — это очень радостно. Вчера был Поша у Суллера ¹ — ты знаешь, что он отказался от воен[ной] службы и его держат на испытании в психиатрическом отделении военного госпиталя. Так, вчера его заперли — прежде он был на свободе и общался с своими всё такими же, как он, здоровыми товарищами — и ему стало грустно, но не надолго; все эти его товарищи солдаты, с кот[орыми] он сдружился, учил их, все пришли к его двери, все выражали ему такую любовь, что он не только утешился, но почувствовал себя счастливым взаперти. Он очень просто, добро несет свое положение, но страшно за него. — У нас в доме всё хорошо. С мальчиками, в особенности с Андр[юшей], я сблизился. Он даже стал ходить ко мне в комнату, как ты ходил — поговорить. В нем большая слабость, но очень много добродушия, так что я очень рад, что его полюбил. Вчера он уехал, жалко его. ² Но пути, кот[орым] идут люди всё к одной и той же цели, все различны. С мама у меня самые радостные, близкие, откровенные отношения. Это нас обоих очень радует. Хочется мне писать много, но не позволяю себе ничего другого, кроме того, что я начал в форме катехизиса, теперь просто, без вопр[осов] и отв[етов]. Девочки хороши; Саша стала огромная и еще представляет загадку и для нас и для себя самой, но натура хорошая. Нынче все в концерте — чехов квартета, ³ а я один дома и за долгое время выбрал время написать письма. Много бы хотелось бы написать тебе, да не знаю, что ты знаешь, чего не знаешь. Знаешь ли ты про Шкарвана, про духоборов? Про Суллерж[ицкого]? Знаешь ли про статьи Соловьева? ⁴ Это всё в одном направлении. Напряжение всё растет и растет. Иногда мне это кажется, а иногда кажется, что этого ничего нет. Одно я знаю, и это несомненно, что та истина, кот[орой] я живу всё больше и больше, будет завоевывать мир и завоюет его весь, а что я с этой истиной умру спокойно. Прощай, целую тебя.

По письмам твоим не знаю, ходишь ли ты и много ли и как весишь.

Л. Т.

1. 1. У Леопольда Антоновича Сулержицкого. В семье Толстых его сокращенно называли «Суллер».
2. 2. Андрей Львович Толстой в 1895 г. поступил вольноопределяющимся на военную службу.
3. 3. В декабре 1895 г. в Москве гастролировал с большим успехом чешский струнный квартет, состоявший из Ганса Вигана (1855—1920), Карла Гофмана (1872—1936), Иосифа Сука (1874—1935) и Оскара Недбала (1874—1930).
4. 4. Речь идет, вероятно, о статьях В. С. Соловьева «Нравственность и право» («Вестник Европы» 1895, XI) и «Значение государства» (там же, XII). Обе статьи представляли собою отдельные главы из его большого сочинения «Оправдание добра» и резко противоречили взглядам Толстого.