Письмо М. А. Таубе с 18 декабря 1903 г. по 19 декабря 1903 г.

М. А. Таубе.1903 г. Декабря 18-19. Я. П.

Дорогой Михаил Александрович,

Извините, что так долго не отвечал вам. Я сегодня получил вашу статью ¹ и сегодня же прочел ее и пишу вам. Статья в новом виде очень хороша, и я, прочитывая ее, испытал то же, как и в первый раз, чувство полного удовлетворения и сознание духовного приобретения.

Мне жаль, что вы исключили рассуждения о международн[ом] праве в древности и в особенности о католической идее мира. В особенности последнее было очень интересно и своей противоположностью с субъективным христианским отношением к вопросу оттеняло это отношение.

Еще мне показалось, что когда вы указываете на проявление до христианства идеи мира в еврействе, буддизме и у стоиков, вы упускаете проявление этой идеи в очень определенно и сильно выраженной форме у китайцев, у Конфуция и Лаотзе.

Одно меня огорчило при чтении этой прекрасной статьи, эта мысль о том, что она не пройдет через нашу цензуру. Друзья мои будут стараться провести ее и будут пользоваться вашим разрешением смягчать и выпускать с вашего согласия места, кот[орые] могут вызвать запрещение. Для того же, чтобы статья была напечатана и внесла бы тот свет, кот[орый] она должна внести в сознание людей, я бы предложил следующее: напечатать ее за границей по-русски или по-английски, если не найдется издателя для русского издания.

Что вы об этом думаете?

В ожидании вашего ответа с истинным уважением остаюсь готовый к услугам

Лев Толстой.

18 дек. 1903.

Перечел вашу статью и хочется сделать еще следующие замечания. По-моему, ваша оценка и буддизма и стоицизма неверна или, скорее, не полна. Буддизм так же, как и стоицизм, учит тому, что истинная сущность человека не в его теле, несвободном и потому страдающем, а в его духовном сознании, не подлежащем никакому стеснению и потому никакому страданию. Первый ставит целью освобождение от страданий, второй — благо личности. ² И потому аскетизм не есть цель или идеал буддизма. Суждение же проф[ессора] о стоицизме совершенно неверно. Проф[ессор], очевидно, ставит главной задачей человечества существование международного права, которого он состоит профессором, а не благо человечества.

Стоицизм действительно разрушает те камни, из которых составлено здание теперешнего мира, но разрушение это, если и вредно для существования международного права, как оно теперь понимается, но несомненно благодетельно для человечества, разрушая то, что разъединяет его.

Учения буддизма и стоицизма, как и еврейских пророков, в особенности то, что известно под именем Исаии, а также и китайские учения Конфуция, Лаотзе и мало известного Ми-Ти, все возникшие почти одновременно, около 6-го века до рож[дества] Христ[ова], все одинаково признают сущностью человека его духовную природу, и в этом их величайшая заслуга. Отличаются же они от христианства, явившегося после них, тем, что они останавливаются на признании духовности человека, видя в этом признании спасение и благо личности. Христианство же делает дальнейший вывод. Выходя из признания людьми своей духовности, по христианскому выражению, признания в себе сына божия, оно провозглашает возможность и необходимость установления на земле царства божия, т. е. всеобщего блага, включающего в себя понятие всеобщего мира.

Значительность содержания вашей статьи вызвала во мне эти замечания, за которые прошу простить меня, если они вам покажутся неуместными.

Я так дурно написал эту приписку, что попросил переписать ее.

Ваш Л. Толстой.

19 декабря 1903 г.

1. 1. Толстой получил статью М. А. Таубе (см. письмо № 289, прим. 1) из редакции «Посредника», куда она посылалась для просмотра.
2. 2. Следующие три фразы в публикации Таубе отсутствуют. Восстановлены по копировальной книге, куда внесен черновик, написанный рукой Ю. И. Игумновой и собственноручно исправленный.