Письмо Н. А. Некрасову от 27 ноября 1857 г.

H. A. Некрасову. Неотправленное.1857 г. Ноября 27? Москва.

Только что я послал вам «Погибш[его]», любезный Некрасов, как я вспомнил и понял, что в ней есть места из рук вон плохие, которые необходимо переделать. Боюсь, что ежели вы будете печатать ее в Декабре, то не успеете прислать мне коректуры; поэтому посылаю — след[ующий] варьянт необходимейший. — Вставьте вместо начала 10 отд [ела] следующее:

В конце 9 отд [ела] вместо: вот те и музыкальный вечер. — Делесов испытал не отвращение, не досаду при виде Алберта, но то чувство любви и глубокого сожаления, которое он испытал в первый вечер, обхватило его. — Боже мой! за что он так несчастен? подумал он.

10.

Через несколько времени стали приезжать гости. Алберт всё спал.

Ну что ваше необыкновенное создание? сказал сын министра, вместе с французом Пишо входя в комнату.

Вот он, здесь, с радостью отвечал Делесов, я боялся, что он не придет сначала, но нет добыл таки его... Вы увидите, что это за необыкновенное существо. Только вот несчастье, в ужасном положении, может быть и не услышите его нынче вечером.

Ничего; велите содовой воды принести, это освежит его, да и я выпью кстати.

Славное лицо! сказал Француз, сверху глядя на спящего немца.

Так это-то вами открытый гений, сказал Аленин, входя в комнату и недоверчиво оглядывая грязную и развращенную фигуру Алберта. Постарайтесь же, пожалуйста, как нибудь привести его в память, мне очень, очень хочется его послушать, прибавил он.—

(Как в 9-м отделе, так и в 10-м и следующих, везде, где есть художник — выбросить его.)

Дальше, после игры Алберта, со слов: Ну конечно, сказал Аленин, вставить следующее:

Ну, конечно, сказал Аленин, Веницьянской карнавал, ¹ эту вечную пошлость, значит что дрянь. Да и играет очень плохо, прибавил он, послушав внимательно несколько времени.

Ведь он способен по пустякам восторгаться, я его давно знаю, заметил сын министра, подмигивая на Делесова.

Делесов сделал как будто не слышит. Ему становилось неприятно, что гости его как бы преднамеренно не хотели оценить Алберта. ²

(Тут выпустить художника). Далее всё так, как в рукописи до слов: «Делесову было совестно». —

Делесову было совестно, он не решался оспаривать авторитет Аленина; но думал совершенно иначе. — Он нынче совсем не в духе ³ сказал он. Сообразите, что это умирающий человек теперь, а ведь все таки талант ⁴.......

Никакого... (и т. д. до слов «и быть подленьким, прибавил он». Все засмеялись.

Нет, извините меня, Михаил Андреич, сказал Делесов с маленькой досадой, я его знаю ближе, чем вы, это не такой человек. И особенно теперь. Теперь страшно и больно смотреть на него, прибавил он, одушевляясь.

11.

Что жалок он — это так, возразил Аленин, но ничего тут особенного нет. Вы главное разубедитесь, пожалуйста, что он гений. Уверяю вас, что я люблю артистов и, про[во]зившись с ними всю свою жизнь, приобрел некоторую опытность, поверьте же мне, что это вовсе не гений, а что таких несчастных бездна — везде и что ими вовсе не восхищаться надо, а в исправительные дома сажать их.

Да отчего же вы так думаете?

А оттого, что эти господа — язва для серьезного искусства.

Ну, извините меня, горячо возразил Делесов, я его совсем не так понимаю. В ваших глазах он грязный, спившийся немец, а в моих он совсем другое. —

Вам никто не может мешать поэтизировать его сколько угодно, сказал Аленин, я ж вижу в нем то, что есть. —

И я вижу то, что есть, я изучил его, продолжал Делесов, по-вашему это негодяй, а по-моему это гений, погибший гений. Это человек, сгоревший весь от того священного огня, которому мы все служим. Этот огонь поэзии жжет других, так трудно не сгореть самому. ⁵

1. 1. Зачеркнуто: эту пошлость
2. 2. Зачеркнуто: Однако он верил в авторитет Аленина и его слова заставили
3. 3. Зачеркнуто: да
4. 4. Зачеркнуто: да и просто
5. 5. Эти исправления относятся к третьей редакции повести «Альберт». См. т. 5, стр. 287—299.