Письмо С. А. Толстой от 23 октября 1884 г.

1884 г. Октября 23. Я. П.

Вчера лег очень поздно; но нынче опять встал в 8 и также с Дм[итрием] Фед[оровичем] пил чай. Продолжаю поправлять переписанное. Нынче не хотел уставать и в 3 кончил, и пошел в Ясенки купить почт[овых] конвертов. Погода портится, — мга и туман. Но славно прошелся и много, хорошо думал на обратном пути о том, что мне надо, пока мы живем, как мы живем, самому вести хозяйство. Начать в Ясном. У меня есть план, как его вести сообразно с моими убеждениями. Может быть это трудно, но сделать это надо. — Общее мое рассуждение такое: не говоря о том, что если мы пользуемся ведением хозяйства на основаниях (ложных) собственности, то надо вести его всетаки наилучшим образом в смысле справедливости, безобидности и, если можно, доброты, не говоря об этом, мне стало ясно, что если то, что я считаю истиною и законом людей, должно сделаться этим законом на деле в жизни, то это сделается только тем, что мы, богатые, насилующие, будем произвольно отказываться от богатства и насилия; и это произойдет не вдруг, а медленным процессом, кот[орый] будет вести к этому. Процесс этот может совершаться только тогда, когда мы сами будем заведывать своими делами и, главное, сами входить в сношения с народом, работающим на нас. Я хочу попытаться это сделать. Хочу попытаться совершенно свободно, без насилия, а по доброте вести сам дело с народом в Ясной. Ошибки, — потери большой, даже никакой, я думаю, не будет. А, может быть, будет хорошее дело. Хотелось бы в хорошую минуту, когда ты слушаешь, рассказать тебе, а описать все трудно. — Я думаю начать сейчас же. Принять все от Митрофана и наладить, и зимой приезжать изредка, а с весны постоянно заниматься. — Может быть, тут, не заметно для меня, меня подкупает желание чаще бывать в деревне, но я чувствую, что моя жизнь была поставлена неправильно этим отвертыванием, игнорированьем от дела, которое делалось, и делалось для меня, и совершенно противно всем моим убеждениям. — В этом игнорированьи было тоже то, что я, по принципу не признавая собственность перед людьми, из fausse honte ¹ не хотел заниматься собственностью, чтоб меня не упрекнули в непоследовательности. Теперь мне кажется, что я вырос из этого. Я знаю в своей совести, насколько я последователен. Но, душа моя, пожалуйста имей в виду, что это дело очень для меня душевное, и необдуманно и с горяча не возражай и не нарушай моего настроения. Я уверен, что вреда от этого никому не будет, а может выдти и очень хорошее и важное. — Боюсь, что ты не поймешь меня. И нельзя по этим неясным выражениям.

Утром получил твое коротенькое, но приятное письмо — вижу, что все пока хорошо. Как здоровье. Пиши вообще поподробнее, — коли время и хочется. — Я совсем здоров. Нынче ел редьку с квасом, похлебку и печеную репу.

Из Тулы ничего не получил; только заказное письмо тебе, по кот[орому] постараюсь завтра получить. Я завтра поеду верхом, чтобы купить товару на сапоги Стахов[ичу]. ² Как я рад, что Писарев не умер! ³

Напечатай в газетах, — каких, не знаю, как посоветуют москвичи, следующее объявление:

«Продаются в 15 верстах от Тулы по Киевскому шоссе в сельце Ясной Поляне 10 жеребцов молодых от киргизских кобыл и заводских жеребцов, годных для упряжи и верховой езды. Тут же продаются кобылы той же породы. Спросить приказчика». ⁴

Целую тебя и детей.

Кланяйся M-me Seuron и M. Lake.

Шарик ⁵ presente ses respects à M-me Seuron. Il me fait l’honneur de m’accompagner dans mes promenades. ⁶

На конверте: Москва. Хамовнический переулок. Графине С. А. Толстой. В своем доме.

1. 1. ложного стыда
2. 2. «Мих. Александрович Стахович просил Л. Н-ча сшить ему сапоги, что Л. Н. и исполнил. Сапоги эти находятся в Толстовском музее в Петербурге» (н. п. С. А.).
3. 3. С. А. Толстая писала 21 октября: «Самое главное, что Писарев не умер, сейчас получила телеграмму от Стаховича, которого еще не видала, и потому подробностей никаких не знаю» (стр. 254).
4. 4. Об этом объявлении в московских газетах сведений не имеется.
5. 5. «Шарик — собака дворняжка, которую приручила к себе м-м Сёрон» (п. С. А.).
6. 6. свидетельствует свое почтение перед madame Сейрон, он оказывает мне честь, сопровождая меня во время моих прогулок.