Письмо С. А. Толстой от 27 июля 1865 г.

1865 г. Июля 27? Орел.

Бумажку я захватил от Новосильцевых. ¹ —

Пишу еще несколько слов из Орла, откуда я сейчас еду. Приеду я в Шаблыкино, ² должно быть, за полночь и предполагаю, что придется переночевать на постоялом дворе. Здоровье мое ни то, ни се, хотя одно ухо пренеприятно заложило. ³ Езда скучна, но время, проведенное у Новосильцевых, было очень приятно — интересно. —

Ботинки сейчас иду покупать, но едва ли успею отправить. Да ежели и отправить, то едва ли они приедут раньше меня. Мне все больше и больше становится скучно и грустно, и страшно. — Киреевского я, вероятно, не застану и 28 проведу в погоне за ним.

Стало быть, ежели придется поохотиться 29, 30 и 31, я буду совершенно удовлетворен и мог бы приехать 2-го; но это только предположения.

Вышло же, что вместо того, чтобы приехать утром нынче, я приеду утром завтра. ⁴ Во всяком случае 5 я буду дома, a надеюсь и желаю, что раньше.

Никогда мы перед разлукой не были так равнодушны, как этот раз, и потому мне все об тебе щемит. ⁵ Прощай, душенька. Пиши все дневником поподробнее, хоть по приезде прочту.

Л. Толстой.

На четвертой странице: Ея Сіятельству Графинѣ Софьѣ Андревнѣ Толстой. Въ Чернь. Въ сельцо Покровское Графини Толстой.

1. 1. В левом углу первой страницы почтового листа штемпель «Воин».
2. 2. Имение Н. В. Киреевского Карачевского уезда, Орловской губернии.
3. 3. В письме от 27 июля С. А. Толстая писала: «Ради бога береги свое здоровье. У меня из головы не выходит твой шум в ухе и твоя боль в желудке».
4. 4. В письме от 24 июля Толстой писал А. Е. Берсу: «К 25 июля меня звал к себе Киреевский в отъезд, но нездоровье (у меня после вод 2 недели расстройство желудка) задержало меня, и я завтра отвезу всех к Машеньке и попаду к Киреевскому не раньше 27».
5. 5. В письме от 29 июля из Покровского С. А. Толстая писала: «с чего ты взял, что мы были равнодушны друг к другу перед разлукой. Я не была равнодушна; мне было грустно, что ты едешь, и, главное, едешь больной. А твое равнодушие я считала за желчное, нездоровое расположение, в котором ничто не мило и ничто не трогает». (ПСТ, стр. 58.)