Письма · т. 84, № 498
Письмо С. А. Толстой от 4 марта 1892 г.
1892 г. Марта 4. Бегичевка.
Получил вчера твое письмо 1 с Лиз[аветой] Прох[оровной] (заб[ыл] фамилию). 2 Слава Богу, что у вас всё хорошо. Таню ждем и не ждем. У нас всё хорошо. Все здоровы. Только очень хлопотно. И дрова, и кормление лошадей, и приюты, и новые столовые, и новые люди, и, главное, пришедший хлеб, и распределение его по складам. Но как всегда бывает: идет всё волнами — прилив и отлив. Когда наберется слишком много вдруг дела, то начинает уменьшаться. Так и теперь. Всё хорошо, приходит в порядок, и я надеюсь, что к моему отъезду всё будет в порядке и оставить будет не трудно, т. е. не вредно для дела, главное п[отому], ч[то] тут будет Писарев, к[оторый] верно не откажется иметь высший, главный надзор над всем. Алехины, особенно два меньшие, Митр[офан] и химик, кажется, очень полезны будут. Да и тот 3 деятелен, но слишком смел. Его надо сдерживать. Скороходов драгоценен.
Теперь в отношении средств, мы опять кажется уж в 4-й раз переживаем период, когда я чувствую, что мы зарываемся и надо сдерживаться. Я теперь боюсь, что недостанет денег на всё, что начато, и только прошу всех сдерживаться. — Тревожит меня еще заказанная мною кукуруза с наложным платежем.
Денег у нас теперь не хватит — остается около 3000, и постоянно расходуются, а нужно на все 9 вагонов 3600. Пожалуйста, пришли с первым случаем 3000. Если с Таней, то с Таней, а нет, то можно и с тем, кто поедет. —
Письмо это везет в Клек[отки] Петя, к[оторый] пробыл здесь два дня. Маша, сколько я видел и понял, старалась развязать завязанное, т. е. говорила, что до 4-х лет не надо говорить об этом, но не разорвала совсем. Так я думаю по словам Веры, но не успел с Машей самой переговорить, что сделаю нынче. Вообще же, как я заметил, она вела себя хорошо и более спокойна, чем бывала прежде. Она прекрасно работает, и от нее мне кроме радости до сих пор ничего нет. Еще попроси Таню написать и как нибудь кончить с Стаховичевской пожертвованной мукой. Я не знаю, где, как. А дорога кончается. Не могут ли они нанять, а прикащик их, и мы бы заплатили. — Прощай пока, милый друг, теперь не на долго, если будем живы. —
Детей целую. Лева на всех нас произвел самое хорошее впечатление нравственно и нехорошее физически. Компания их поехала прекрасная: Поша неоцененный и милый Швед. 4
Так до свиданья, крепко целую тебя.
Л. Т.
Вкладываю подписанный и посланный через Епифань чек. —
На конверте: Москва. Графине Софье Андревне Толстой.
Источник: Полн. собр. соч., т. 84, № 498, с. 132–134
