Письмо С. А. Толстой от 5 марта 1882 г.

1882 г. Марта 5. Я. П.

Должно быть я нездоров был и теперь поправляюсь. Вчера лег спать хорошо, но проснулся рано утром с сильной головной болью и болью в спине; и все утро было плохо; но перед обедом заснул, и теперь к вечеру, стало совсем лучше. Надеюсь, что этим разрешится, и я приеду к тебе здоровый физически и нравственно. — Утром приехал Василий Иваныч ¹ и привез мне твое письмо. ² Очень тебе благодарен за все твои хлопоты о лошадях. ³ Право, я нечаянно так сделал. Жалко, что ты немножко расстроена, судя по письму. Надеюсь, что это не разгорится, и тебя не расстроят больше. Что Илюша ⁴ плохо учился, это я смутно предчувствовал, и очень жалко. Надо будет ему подтянуться. Приезд Вас[илия] Ив[ановича], несмотря на всю мою привязанность к нему, был мне тяжел. Голова болела, и не хотелось говорить. И он берег меня. Вечером пришел Алек[сей] Ст[епанович], и мы втроем пили чай и беседовали. — Теперь 12-й час, и я пишу это письмо с тем, чтобы завтра рано Петр ⁵ свез его на поезд. Если погода будет завтра получше — нынче сильный, холодный ветер, то я съезжу в Тулу. Я почти уверен, что мне будет лучше после этой мигренной головной боли и особенной горечи во рту. В особенности мне Вас[илий] Ив[анович] портится тем, что ты иногда как будто его не любишь. Не могу я с тобой в розь жить. Мне непременно нужно, чтобы все было вместе. —

Твой план насчет завода ⁶ в Ясной с Ураганом я, коли буду жив, исполню, но не теперь. Кобыл везти нельзя, они теперь жеребы, — а не жеребые прохолостуют. Если не судьба ему издохнуть, то уж это можно сделать в продолжение лета. Боюсь, как бы мы с тобой не переменились ролями: я приеду здоровый и оживленный, а ты будешь мрачна и опустишься. — Ты говоришь: «я тебя люблю, a тебе этого теперь не надо». ⁷ Только этого и надо. И ничто так не может оживить меня, и письма твои оживили меня. Печень печенью, а душевная жизнь своим порядком.

Мое уединение мне очень нужно было и освежило меня и твоя любовь ко мне меня больше всего радует в жизни.

Прощай, милая душенька. После завтра приеду, если буду жив. Только бы ты была такая, какая была в двух первых письмах, а я буду лучше, чем был, если жив буду. —

На конверте: Москва. Денежный переулок, дом Волконского. Е. С. Графине Софье Андревне Толстой.

1. 1. В. И. Алексеев.
2. 2. Письмо сохранилось; оно неверно датировано С. А. Толстой 5 марта, — следует — 4 марта.
3. 3. С. А. Толстая писала: «Хотела сегодня отправить лошадей, но Филипп говорит, что опоздали, надо завтра. Пришли, стало быть, за ними в субботу утром, в Тулу» (ПСТ, стр. 187).
4. 4. С. А. Толстая писала: «Илюша принес сегодня книгу, у него отметки еще хуже; это просто беда, как он дурно учится. Напиши ему словечко построже» (стр. 187).
5. 5. Возможно, что это П. П. Шентяков.
6. 6. С. А. Толстая писала: «Мне пришло в голову вот что: не оставить ли в Ясной Урагана, т. е. дорогого жеребца; его вести очень трудно, как бы что не случилось. Из Самары же привести кобыл, и для твоей потехи держать небольшой завод в Ясной. Места довольно; из продажи молодых, похуже, будем содержать этот, небольшой завод, а лучших будем оставлять, и так этот маленький завод может дойти до совершенства. — Это — впрочем, только я так тебе пишу; дело не мое, и я тут не причем; мне только хотелось бы тебе игрушку устроить, чтоб были у тебя глупые радости, как ты их называешь».
7. 7. В письме от 3 марта С. А. Толстая писала: «как бы утешить тебя, голубчик; я только одно могу — любить и жалеть тебя, но тебе уж этого теперь не надо» (стр. 186).