Письмо С. А. Толстой с 2 октября 1882 г. по 3 октября 1882 г.

1882 г. Октября 2—3. Москва.

Пишу тебе, милый друг, в пятый раз, ¹ не получив ни одного письма. Вчера ходил на Сухар[еву] башню, купил Тане ширмы и был у Пети; дома обедал, зашел к Кост[иньке]. Жалкий народ тут, ужасно жалкой! Мальчики хороши. Илья ходил с Серг[еем] ² в зоолог[ический] сад. — Мне дурно спится все это время и мрачное настроение духа, но я не поддамся ему. Самое лучшее против этого средство — не позволять себе рассуждать о себе. Я так и делаю.

Теперь 8 ч[асов] утра, суббота. Сейчас пойду в дом переносить. — Прощай, целую тебя и детей. —

Воскресенье утро. Это я написал вчера и не послал п[отому] ч[то] ничего лучше не умел написать. В 12-м часу получил твои письма. Они обрадовали меня и послал телеграмму. ³ Билет я нашел у себя. ⁴ С большим напряжением можно будет принять тебя во вторник. ⁵ И как я писал, и ты пишешь, — необходимо будет, но пропасть недоделано, и общий вид плачевный. Парадная лестница забита досками; в зале временно поставлена мебель гостинная. Кое-где полы не совсем просохли, имянно: в девичьей и буфете. Обои в детской, вероятно, не переклеены. Это можно сделать при себе, переведя на день Дрю[шу] ⁶ и Мишу к Маше. Все же существенное надеюсь будет сделано к твоему успокоению. — Если успеешь, с Николаем ⁷ напиши мне подробнее, какие шкапчики, комоды, кровати куда поставить. — Нынче было 8 град[усов]. В доме тепло и сухо в жилых комнатах; но как здоровье маленьких, и решишься ли ты ехать?

Если отложишь, телеграфируй. Вся работа, которая осталась недоделана, не протянется долго и мешать нам не будет. Остается только оклеить обоями высокия комнаты, застрогать паркет (он весь кончен), переставить балясины и затянуть сукном переднюю.

Я провел вчера весь день дома один с Ильей. Сережа был на имянинах у Дм[итрия] Адамыча. — Как ты управишься деньгами? Ты бы написала Бибикову, ⁸ прося его от моего имени 200 или 300 р[ублей]. Любовь Алекс[андровна] уезжает 10-го и верно будет у нас в Москве. Нынче я спал лучше, п[отому] ч[то] вчера лег в 1 / 2 десятого. — Как-то ты устроишься? Вижу отсюда твои хлопоты и знаю, что их ужасно много; но всетаки хочется все сказать: не затягивайся. Все образуется. Нынче много будет у нас с Сергеем работы. Скучно, главное, то, что нельзя все сделать сразу: там не высох пол, а тут еще не докончено. Рамы все вставлены в жилом низу, и надеюсь, хорошо. —

На конверте: Московско-Курской дороги. Станция Козловка-Засека. Графине Софье Андревне Толстой.

1. Фактически настоящее письмо является четвертым по приезде Толстого из Ясной поляны.
2. С. П. Арбузов.
3. См. предшествующую телеграмму.
4. См. предшествующую телеграмму.
5. 5 октября.
6. Андрея Львовича Толстого, сына.
7. Николай Михайлович Румянцев, бывший флейтист из крепостного оркестра кн. Н. С. Волконского. Служил до 1883 г. поваром, потом жил на пенсии. Умер 95 лет. О нем см. Илья Толстой, «Мои воспоминания». М. 1914, стр. 16; там же его фотография.
8. А. Н. Бибиков.

Примечания

Печатается по автографу, хранящемуся в АТБ. Впервые опубликовано по копии, сделанной С. А. Толстой, в ПЖ, стр. 183—184, причем продолжение письма от 3 октября опубликовано в качестве самостоятельного письма. Датируется на основании почтового штемпеля: «Моск. почт. центр. отд. 3 окт. 1882» и пометы Толстого «теперь 8 ч. утра, суббота» и «Воскресенье», которые падали на 2 и 3 октября 1882 г.