Письмо В. Г. Черткову от 23 января 1889 г.

1889 г. Января 23. Москва.

Не случилось ли что с вами, милые друзья, В[ладимир] Г[ригорьевич] и А[нна] К[онстантиновна]? Очень давно нет от вас известий и я начинаю чаще и чаще думать о вас. —

У нас все хорошо, если не считать болезни: грип и что-то в роде кори, перебирающей всех в доме — главное, детей. Ваничка теперь хуже всех, 2[-ая] неделя жар и жар, он тает, ¹ а жена очень мучается и очень жалко ее. ² — Третьего дня приехал сюда Семенов (крестьянин) и привез повесть, к[оторую] посылаю вам. Повесть хорошая. Надо немного поправить грубость приставаний жены к мужу и преувеличенность побоев мужа. ³ — Повесть повестью, но он сам очень милый хороший и чистый человек. Он не переставая растет, как все живое, и повесть эта не выдуманная, а я знаю, что она в связи с его внутренней жизнью. — Грустно, что ему нужны деньги (я знаю и вижу, что действительно нужны), но все таки мне кажется, что нужда в деньгах есть признак отступления от закона. Я и посылаю вам повесть с тем, что бы вы ему прислали денегъ. Если не спѣшите, то отошлите ему повѣсть, пусть онъ самъ поправитъ и разовьетъ еще мысль ея. Говорилъ онъ, что вы зовете его пріѣхать къ себѣ и совѣтовался со мной: не занять ли ему денегъ и ѣхать. Я не совѣтовалъ: поѣздка будетъ стоить то, чтó нужная ему лошадь взамѣнъ его старой или сѣмена, к[оторыхъ] у него нѣтъ. Впрочемъ, рѣшите вы, какъ лучше. Одно, что хорошій серьезный человѣкъ, и общеніе его съ нами ему и радостно и полезно. ⁴ — Про себя не знаю, как сказать: мне большей частью очень хорошо на душе, хотя писать я ничего не пишу, а потому почти ничего не делаю и потому должно бы быть стыдно. A мне мало стыдно, а хорошо. — А как ясно становится многое, что нужно писать! A нет чего то, чтó заставляло бы это сейчас делать.

У вас хорошо идет работа и я радуюсь на вас. Прощайте, милые друзья, целую вас и Саша Олю. 5 Напишите побольше. Больше, чем я в этот раз.

Л. Т.

1. 1. В Дневнике Толстого от 11 января 1889 года имеется запись: «.... Ночью заболел Ваня и Соня напугалась и я». О том же имеется еще несколько записей, относящихся к этому времени, в Дневнике Толстого: 17 января. «Нездоровится. И дома все больны...» 23 января. «Дома все нездоровы Ван[ичка], и Маша». — 24 января. «По признакам у Ван[ички] туберкулы и смерть. Очень жаль Соню. К нему странное чувство “ай”, благоговейного ужаса перед этой душой, зародышем чистейшей души в этом крошечном больном теле. Обмакнулась только душа в плоть. Мне скорее кажется, что умрет». Начиная с 25 января в Дневнике появляются записи о том, что здоровье Ванички улучшается. См. т. 50.
2. 2. C. А. Толстая писала Т. А. Кузминской 19 января 1889 г: «Наш Ваничка так было расцвел к праздникам, сыпь прошла, а теперь точно мертвый, вся душа на него наболела» (ГТМ).
3. 3. В Дневнике Толстого от 23 января 1889 г. записано: «Был Семенов и я поговорил с ним хорошо. Деньги ему нужны, это грустно. Мне кажется, это признак того, насколько он не исполнил». См. т. 50.
4. 4. Саша — Александра Львовна Толстая, которой в то время было 5 лет. Оля — дочь Чертковых.