Проект устава учебных заведений

НЕОПУБЛИКОВАННОЕ, НЕОТДЕЛАННОЕ И НЕОКОНЧЕННОЕ.

5 Марта 1860.

[ПРОЕКТ УСТАВА УЧЕБНЫХ ЗАВЕДЕНИЙ].

Проэкт устава разделяет учебные заведения низшия на три разряда: 1) школы грамотности, 2) низшия и 3) высшия народные училища. —

Подразделение это может быть основано или на убеждении, что только такие три рода школ могут быть полезны, или на опыте, что только такие три рода могут основаться. Мне кажется, что и то, и другое убеждение совершенно произвольно. Во-первых потому, что нужно прежде основать школы сообразно потребностям народа, а потом уже подразделить их; во-вторых потому, что одно возможное основание подразделения школ неспецияльных есть степень образования, приобретаемая в них; а степеней образования, начиная от низшей школы и до гимназического курса, может быть не три, а — 103 и бесчисленное множество.

Все эти три разряда суть элементарные школы, и подразделение их, кроме того, что неосновательно, неудобоисполнимо. Объем науки везде один и тот же, как в низшей, так и в высшей школе он подразделяется на науки историческия, математическия и естественные, и чем выше степень науки, тем более она подразделяется (на этой степени подразделения науки, мне кажется, и основано подразделение средних и высших у[чебныхъ] з[аведенiй]), но элементарные (низшия) учебные заведения тем то и отличаются от средних и высших, что в них подразделение наук еще не существует. Науки историческия, естественные и математическия преподаю[тся] вмѣ[стѣ]. На каком же основании подразделять элементарные школы? Где больше или меньше учителей, или где лучше или хуже учителя? или где дольше учатся?... Проэкт устава основывает свое подразделение низших школ на ш[колы] г[рамотности], н[изшія] н[ародныя] у[чилища] и в[ысшія] н[ародныя] у[чилища], на программе наук, имеющих преподаваться в этих школах, и на составе учителей. Программа вы[сшей] н[ародной] школы изложена в §137. Кроме Закона Божия полагается 1) Русский язык, История и география, начала естествоведения, Арифметика и геометрия, чистописание, церковное пение. Другой, более ограниченной программы, по моему мнению, не может быть и в самом низшем н[ародномъ] у[чилищѣ] (называемом в проэкте школой грамотности). Мне кажется даже для н[изшей] ш[колы] эта программа слишком ограниченною, отсутствием преподавания славянского языка и только началом естествоведения. Ни один дельный учитель при самом первоначальном ученьи не может обойти ни одного из этих предметов. На какой же степени будут преподаваться эти предметы, зависит от средств учителя. — Я говорю учителя, а не учителей, потому что не допускаю возможности разделения предметов и поэтому преподавателей в элементарном училище. Повторяю: элементарная школа тем только отличается от высших, что на той высоте, на которой находится преподавание науки в э[лементарной] ш[колѣ], оно не может логически подразделяться. Каждая ветвь науки не имеет достаточно интереса, чтобы быть наукой. Возможно ли представить себе преподавание отдельно статистики для того, кто не знает основательно истории, или ботаники для того, кто не знает основательно начала естествоведения, или геометрии для того, кто не знает основательно арифметики. По смыслу п[роэкта] у[става] под в[ысшими] н[ародными] у[чилищами] я разумею соответствующия у[ѣзднымъ] у[чилищамъ], и в таковых я не могу себе представить логического, а не насильственного подразделения предметов. Правда, это подразделение предметов и учителей может быть введено, и введено в настоящее время, но каковы результаты? Ежели бы величайшему гению педагогу предложили преподавать в у[ѣздномъ] у[чилищѣ] одну географию известное число часов в неделю, он бы едва ли мог сделать что нибудь больше первого рутинера учителя, заставляющего своих учеников заучивать звуки по известному порядку. Нужно убедиться, что составляет силу в[ысшихъ] у[чебныхъ] з[аведенiй], подразделение наук для учеников, усвоивших уже так общий смысл науки, что каждая отдельно может для них представляться самостоятельною и занимательною, это самое подразделение, применимое к н[изшимъ] у[чебнымъ] з[аведенiямъ], составляет их слабость. — Самое первоначальное образование ничего не подразделяет и возможно только тогда и, к несчастью, всегда применялось и теперь должно бы снова применяться по смыслу устава. Ежели бы не логика, то опыт показал это в Германии, что в э[лементарной] ш[колѣ] возможен один учитель. Скажут — трудно найти учителя, который бы мог преподавать все науки. Мне же кажется, что невозможен учитель в элементарной школе, который, преподавая один предмет, не может преподавать и всех других. Учитель Истории, не могущий преподавать географии и естественной истории, не будет в состоянии сделать занимат[ельнымъ] свой предмет и будет скучный зубрильщик, педант, которого уроки будут зубриться. Без сомнения нет речи, что один учитель в э[лементарной] ш[колѢ] должен быть из сословия людей самых образованных в Р[оссiи], т. е. кончивший курс в университете; один же учитель из семинарии. Могут сказать, что при одном учителе много все зависит от его личности. Да, но кроме контроля над ним, обезпечивающего его годность, есть возможность успешного обучения при одном образованном учителе; почти нет возможности при одном необразованном учителе, какой полагается п[роэктомъ] у[става] в ш[колахъ] г[рамотности] и н[изшихъ] н[ародныхъ] у[чилищахъ], и решительно нет никакой при многих необразованных, собирающихся в советы и правленье. Проэкт устава основан, как кажется, на той мысли, что тоже самое, что хорошо для высших у[чебныхъ] з[аведенiй], хорошо и для низших, с той только разницею, что для низших при том же порядке нужно людей менее образованных. Это видно и в требованиях от школ г[рамотности] только, чтоб не был колодником, и в самом понятии грамотности, и в программе с тем же подразд[Ѣленiемъ] предметов, часов, учителей. И в заманке повышения учителей из низшей школы в высшую, как будто профессор почему то выше н[ароднаго] у[чителя] или что его труднее найти, — мысль ложная двояко: 1) для н[изшихъ] ш[колъ] нужно столь же образован[ныхъ] л[юдей], как и в в[ысшія] ш[колы], и 2) порядок преподавания в н[изшей] ш[колѣ] не только совершенно особый, но часто противоположный. П[роэктъ] принимает за основание разд[ѣленiе] низшей ш[колы] 3 степени образования 1) грамотность § 15, 2) всем нужные сведения § 19—20 и программу § 137.

У[чебныя] З[аведенiя] имеют целью образование, а не г[рамотностъ], в [ ысшую], н [ ачальную? ] , с [ реднюю? ] и прогресс § 137. Грамотность есть варварское понятие народа, которое, к несчастью, усвоила себе литература и правительство. Грамотность есть Fertigkeit, не имеющая ничего общего с образованием. Есть примеры образования э[лементарного] без гра [ мотности ] и наоборот, в особенности частые. Грамотность, как она понимается народом, есть вся наука, и состоит она из буква[ря], часовн[ика] и Псалты[ря], выучиваемых наизусть. — Какое влияние на будущее развитие должно иметь такое развитие, мы видим на грамотных нашего народа. Окончивший этот курс, кроме забитых притупления понятий, убитой свободы мышления и умственного разврата усвояет убеждение, что этой мучительной науке есть конец. Плодом такого учения есть отвращение народа к образованию, а пр[оэктъ] хочет узаконить узаконеть. такой род гр[амотности]. Грамотность, даваемая необразован[нымъ] учит[елемъ], не может иметь других следствий. Понятны споры в обществе и литера[турѣ], полезна г [ рамотност ] или нет. Одни говорят — грамотность вредна, и правы, другие говорят — грамотность , подразумевая под ней э[лементарное] образование, полезна, и правы. Но они не знают, что грамотность достаточно развита в народе, э[лементарное] образование же еще не начиналось. Теперь пр [ оэкт ] у [ става ] принимает это печальное понятие грамотность в смысле народном, ложном, допуская обучению грамот[ѣ] всех и считая ш[колы] г[рамотности] ступенью образованья.

Грамотность есть орудие образ[ованiя], да, но не ступень. Первонач[альныя] шк [ олы ] не должны быть школами грамотности,въкоторыхъучатъкой-какъ, а должны быть школами перв[оначальнаго]образованія,самаготруднагоитребующагонаибольшагочеловѣческаго(гуманнаго)образованія. Не унасъоднихъ,чтобъобразоватьнародъ, основывали, неимѣягимназій,академіи,потомъ хватались за умъ, что нужны университеты,потомъ начинали заниматься гимназіями, потомъу[ѣздными?]у [чилищами?] го[родскими?],потомъ ужь окончательно убѣждались, чтопервоначальныяшколы не должны быть школами грамотности, а школами,въкоторыхъдолжны бытьлучшіедѣятели(не такіе,которыхъ за наградупереводятъвъв[ысшія]) и школами, накоторыядолжно быть обращено преимущественное вниманіе.Изъвсегосказаннагополагаю что можносдѣлатьслѣдующеезаключеніе. Всѣ учебныя з[аведенія]не должны бытьподраздѣляемына ш [ колы] г [ рамотности], н [ исшия ] н [ ародныя ] ш [ колы ] и в [ ысшия ] н [ ародныя ] ш[колы ], но все школы (соответствующия нашим сельским, городским и уездным уч[илищамъ]), в которых науки еще не могут преподаваться отдельно, составляют эл[ементарныя] шк[олы], различествующия по средствам школ и подраздѣляющiя[ся] только по местности (ежели уж нужно подразделение) на сельския и городские. Во всех школах должен быть один учитель, (имеющий, по средствам школ, помощников, в числе коих и законоучитель), из образованнейшего сословия России, с содержанием не менее 1000 р. сер. В сельския школы назначают[ся] окончившие курс естественных наук, в городские это не есть непременное условие. Все остальное остается по проэкту устава. — Теперь постараюсь ответить на очевидно представляющееся возражение. Где взять людей и средства, и не лучше ли хоть что-нибудь, чем ничего?

Отвечу на последнее. Грамотность вредна, поселяя недоверие. Образование полезно, поселяя доверие. Чем больше школ грамотности, тем мень[ше] образование. Одна же школа образования образует учителей не на жалованьи, а людей, на деле показавших выгоду образования, вызывающих потребность и средств[а] общества и способных словом и делом обучать других. —

На 2-й и сильнейший довод: где взять людей и средства, отвечу следующее.

Образованіе народа есть преимущественно дѣло общественное, которомукакъбы не помогало мудрое правительство, оно не можетъ много сдѣлать безъ содѣйствія самаго общества. Общество, начиная отъ самаго крест[ьянина],мѣщанина, до купца и помѣщика,тѣсно связаннаго съ народомъ,имѣющаго постоян[но]дѣло съ нимъ и страдающаго непосредственно отъ его необразованія, общество сильночувствуетъэту потребность и готово удовлетворить ей и готово трудиться дляудовлетвореніяея.

П[роэктъ] У[става] разрешает основание у[чилищъ] частным отдельным лицам, [но] и связывает их уставом, весьма понятно не рискуя поверить столь важное дело народного образования бесконтрольно отдельным лицам. Вместе с тем этот контроль убивает увлечение, самодеятельность лиц, и сверх того деятельность отделыиых лиц не может получить того значения и entrain, ко[торыя] быонѣимѣли, ежели бы были связанывъобщество общей сознанной идеей. —

Для устранения этих неудобств полагаю полезным правительству допустить образование обществ эл[ементарныхъ] школ, к[оторыя] бы, находясь под контролем правительства, имея свой орган (журнал), по которому правительство всегда следило бы за его действиями собирало средства, отыскивало, вызывало потребность народа образоваться и потребность людей, имеющих педагогическое призвание, посвящать себя этой деятельности, которое бы в своем журнале вводило бы в сознание народа необходимость этого дела и, наконец, находило бы в обществе средства к удовлетворению этих потребностей, т. е. основывало бы школы в селах и городах, смотря по потребностям края.

Устав об[щества] перв[оначальныхъ] школ. —

§ 1) Общество имеет целъю основания перв[оначальныхъ] школ в городах и селах.

§ 2) Общество имеет право основывать школы в всех городах и местечкахе Р[оссiйской] И[мперiи] с платой или бесплатно.

3) Учителями в школах могут быть только люди, выдержавшие педагогичеекий экзамен при университетах.

4) Закон Божий преподается во всех школах приход[скими] Свящ[енниками].

5)Общество состоить из Предс[ѣдателя], Членов, избираемых по балотировке.

6) Члены вносят по... р[ублей] при избрании.

7) Общество принимаеть пожертвования.

8) Общество издает журнал, выручка с которого поступаеть для целей общества.

Програма Журнала перв[оначальныхъ] школ. —

Журнал