8 августа 1907 года

Чувствую значительн[ое] ослабление всего, особенно памяти, но на душе очень, очень хорошо. Кончил статью и теперь займусь, кроме писем и дневника, Д[ѣтскимъ] К[ругом]ъ Ч[тенiя]. Общение с Ч[ертковымъ] очень радостное. Нынче очень хорошо думал.

1) Сущность религии в том, чтобы видеть не себя одного и прикасающихся к тебе, а Все, безконечное Все, и свое отношение к этому Всему — Богу. В этом религия.

2) Сущность жизни, благо её, то, к чему свойственно стремиться человеку, это — увеличение любви и, вследствие этого увеличения, увеличен[iе] блага жизни своей и всеобщей. Как это люди не понимают, и я не понимал этого. Ведь это самое сказано в: «Придите ко мне все труждающиеся и обр[емененные]........»

3) Дело жизни, кроме внутреннего, есть только одно: увеличивать в людях любовь делами и словами, убеждением.

4) Странник мне говорил: Жить нельзя стало. Помещики совсем сдавили народ. Деваться некуда. И попы. Они как живут. Сироту, вдову обдирают — последнюю копейку. А кто за правду, за народ идет, тех хватают. Сколько хорошего народа перевешали.

Ходит он — и тысячи ему подобных, чтобы кормиться, а это — самое сильное средство пропаганды.

5) Прежде были святые Франциски, а теперь — Дарвины.

6) Молодое поколение теперь нетолько не верит ни в какую религию, но верит, именно верит, что всякая религия — вздор, чепуха.

7) Смирение есть основа всего — и добродѣтел[и], и разума. Нет ничего более полезнаг[о] для души, как памятование о том, что ты — ничтожная и по времени и по пространству козявка, сила к[отор]ой только в понимании этого своего ничтожества.

8) Удивляешься на признаваемые людьм[и] нелепости, неразумности. Пойми, что все это от того, что только этими нелепостями люди могут оправдать те свои пороки, про к[оторые] они знают, что они могли бы не быть и даже должны не быть.

9) Ум возникает только из смирения. Глупость же — только из самомнения. Как бы сильны ни были умств[енныя] способности, смиренный челов[ѣкъ] всегда недоволен — ищет; самоуверенный думает, что все знает, и не углубляется.

10) В телесном своем состоянии — хочется есть, спать, весело, скучно — человек один; в поступках, общении с людьми ты соединяешься с немногими существами; в мыслях ты соединяешься со всеми людьми прошедшего и будущаг[о].

11) Нет на свете более сильной душевной радости, как состояние нежной, умиленной любви.

12) (Кажется, записано.) Все есть. Нет ни пространства, ни тела, ни времени, ни движения. И вот в этом внепространственном, бестелесном, вневременном, не движущемся Всем является человек и чувствует себя частицей, отделенной от Всего, и отделение это представляется телом в пространстве. Но он чувствует себя и частью Всего и это сознание своего причастия Всему он сознает движением во времени.

13) (В другой книжечке записано так.)

Только посредством тела в пространстве я делаюсь отдельной частью Всего.

Только посредством движения во времени я, часть, соединяюсь со Всем.

Тело отделяет — и образует пространство. Движение соединяет — и образует время.

14) Мужики жалуются, что на них ездят, а сами ездят на сыновьях, на женах. Ездять только на тех, кто сам любит ездить. Сам ездишь, так уж не жалуйся, что на тебе ездят.

15) Кант считается отвлеченным философо[мъ], а он — великий религиозный учитель.

16) Правдивость настоящая может быть только у людей, живущих перед Богом. Люди, живущие перед людьми, всегда виляют и будут вилять.

17) Неверно думать, что назначение жизни есть служение Богу. Назначение жизн[и] есть благо. Но так как Бог хотел дать благо людям, то люди, достигая своего блага, делают то, [чего] хочет от них Бог, исдолняют Его волю.

18) Свободы выбора в состоянии тела почти нет: обжегся — отскочил, не спал 2-е суток — заснул. Свобода выбора поступко[въ] уже больше: пойти — не пойти? Делать ту или иную работу. Свобода выбора мысли уже еще больше — почти полная.

19) Дама с ужасом говорит, содрогается от мысли об убийстве, а сама требует поддержания той жизни, к[отор]ая невозможна без убийства.

20) Читал про слепо-немую, к[отор]ая радуется своей жизнью, благодарит за нее Бога и пишет, что назначение человека — быть счастливым, довольным и своей радостью жизнью помогать другим радоваться жизни.

21) Я не потому только обращаюсь к Богу, как личности, что я так воспитан, но я воспитан так п[отому], ч[то] такое обращение к Богу свойственно человеку. Я знаю или могу знать, что солнце есть какое-то огромное соединение раскаленных газов, но я говорю, не могу не говорить и не думать, что солнце — это светлый, теплый красно-желтый круг, к[оторый] выходит из-за горизонта и заходит за него. Также и про Бога я знаю и могу знать, что Он есть все, не имеющее никаких пределовь и ограничений, но я говорю и думаю, не могу не говорить и не думать, что Бог — это Отец, во власти к[отораго] я нахожусь, к[оторый] добр и знает меня и может помочь мне. И говорю: прости мне, Господи, помоги мне, благодарю Тебя.

22) Прекрасна мысль Лаодцы о смирении, как я понимаю ее. Он говорить так: Человек, ищущий славы людской, все больше и больше возвеличивается и по мере того, как он возвеличивается в глазах людей, он все более и более слабеет в самом себе и доходит наконец до того, что сам ничего не может сделать. Человек же, ищущий одобрения Бога, все больше и больше унижается перед людьми, но делается все более и более могущественным и наконец доходит до того, что нет того дела, к[отор]аго бы он не мог сделать.