Письмо А. А. Фета Толстому, 7 января 1878

7 января. Будановка <1878 г.>.

"В 7 дней сотворил бог вселенную — из ничего".

С первого же дня приезда в Воробьевку порывался Я поблагодарить Вас и — хотел написать прелестную, но по корнесловию нашел, что справедливей написать — истинно прекрасную ¹ графиню за отрадные часы в Ясной Поляне.

Но, не осмотревшись вокруг себя, выдал за проявление моей признательности, которая Вам и без того известна, — ничего, — и поудержался до чего-нибудь. Вторая моя благодарность должна относиться к богу, который, кажется, воздержался наказать мои коленки за 57-летнее гусарство из Тулы.

Живу я пока в кухонном флигеле в 2 комнатах, считая и переднюю, а в доме господствует столпотворение, и поэтому я написал жене, чтобы она вместо 10-го выехала из Москвы 14-го, так как прекрасное помещение во флигеле не будет раньше отделано, а нам в этом флигеле придется прожить едва ли до конца января. Беда моя в том, что вечером не могу читать, а тут кончается работа в доме и делать нечего, а пасьянс слишком скучен. Даже газеты еще не привыкли ко мне бегать в Будановку, и я еще вчера послал по этому поводу слезную мольбу к Константину Александровичу.

В свободные минуты внимательно читаю Апокалипсис, а надо бы начать с Павла. Но так попался, а Канта не стану пробирать, пока не уйду в свой кабинет наверху в доме. Признаюсь, я философские книги читаю с большим напряжением. Мне это дается нелегко. Надо даже признаться, что привычка все обобщать мешает жить. Истинный практик видит свои паровик или дугу, и ничего другого и видеть не хочет! Какое ему дело до дворян, мещан, купцов или крестьян? А я, каюсь, на них натыкаюсь. Видя лошадь, я спрашиваю, не убьет ли ее чугунка, и отвечаю: "Нет, не убьет, она слишком прекрасна и полезна". Зачем наши дворяне не читают истории? Они бы узнали, что все первоклассные итальянские магнаты, даже патентаты, жили и держались торговлей: Орсини, Колонны, Сфорцы, Медичисы и т. д. А наши до сих пор думают (извините за шуточный камешек в огород), что что-то постороннее, когда цари за заслугу дарили земли и когда жизнь стоила грош, — само собою сделается. Я понимаю, что можно подобно Гурке не иметь ни за собой, ни за женой ничего — и все себе заслужить. Но не понимаю, чтобы можно было быть гусар на саблю опираясь и пахать землю, которая обложена значительными повинностями и безграничными расходами, коли от нее нечего ожидать. И вот почему под самой Воробьевкой есть 2 Сухоребрика. Один крестьянский, через который мы ездим на Будановку, а другой от нас влево, дворянский. Последний весь состоит из дворянских изб, обитатели которых вовсе неграмотны, хотя владеют от 200 и до 10 десятин земли. У меня есть знакомый флигель-адъютант Горяинов, а его однофамилец живет в Сухоребрике. Вообще, как слышно, Курская губерния полна такими мелкими дворянами. На днях, говорят, племянник мой Владимир Шеншин поехал к купцу за задатком за проданный матерью хлеб, да взяв 200 рублей и спустил куда знал. Скажут, он вырабатывает высшую цивилизацию. Какую? Играет на благородном театре, смеется над философией, наукой и поэзией да поет нечеловеческим голосом скабрезные куплеты? А тот, кто строил, Воробьевку делал ², да так, что не только я, но и через 500 лет после меня люди его похвалят и скажут спасибо, если только имение не попадет в руки Ольги Васильевны или Владимира Александровича, против чего приняты меры ³. Покойный начальник штаба Остен-Сакена ⁴ Лауниц говорил: "Ein Mensch der nicht arbeitet ist nicht wert dass die Sonne auf ihn scheint" [Человек, который не работает, не стоит того, чтобы на него светило солнце (нем.).]. — Без дела, — значит, без веры, надежды и любви — то есть без заряду. Willenlos [Лишенный воли (нем.).] мертвец. Ну и умирай и вымирай, чем скорей, тем лучше. Если, не отрываясь мыслями от серьезного труда, можете черкнуть два слова, черкните и озарите Воробьевку специальным в нее письмом. Мой постоянный и полный адрес в заголовке листа.

Завтра мой сожитель Александр Иванович Иост ⁵ уезжает до 13 в Орел и Ливны, и я остаюсь сиротой, почти на неделю. Графине мой глубокий поклон. Жду настройку.

Ваш А. Шеншин.