Письма · т. 72, № 237
Письмо Ф. А. Яголковскому с 1 января 1900 г. по 31 января 1900 г.
Ф. А. Яголковскому.1900 г. Января конец. Москва.
Тем, кому мировоззрение Нехл[юдова], так, как оно выражено в романе, неясно и противоречиво, можно бы посоветовать прочесть мои книги «В чем моя вера?», «О жизни», «Цар[ство] Бож[ие] внутри вас» и «Христ[ианское] учение» — все книги, напечатанные за границей. Но думаю, что вам будет точно также неясно (как вы учтиво выражаетесь, избегая слово: глупо) и после такого чтения. Позволяю себе думать, что неясность происходит не от неясности изложения мысли, а от некоторых допущенных на веру положений, кот[орые] не мирятся с тем мировоззрением. Мировоззрение это всегда представляется неясным людям суеверным, принявшим на веру одни — положения богословския, другие — матерьялистическия понимания мира и всех связанных с этим научных суеверий. И потому для уяснения таким людям строго научного (в истинном смысле, т. е. критически проверяющего каждое полож[ение]) мировоззрения, нужно не столько строгое и ясное изложение его, сколько освобождение от пред взятых идей. С точки зрения объективной, т. е. наблюдения причины появления грибов и человека, совершенно одинаково, но существует маленькая разница в том, что человек себя знает из себя и на этом основании знает все остальное, — грибы же знать 1
Лев Толстой.
- 1. Последняя строчка письма в копировальном листе не разобрана.
Источник: Полн. собр. соч., т. 72, № 237, с. 293–295
Письма других лет за этот день · дневник Толстого в тот же день
Примечания
Печатается по листам копировальной книги, хранящимся в АЧ. Местонахождение автографа неизвестно. Датируется по письму Яголковского от 15 января 1900 г. Публикуется впервые.
Флориан Антонович Яголковский (1867—1901) — инженер, служащий управления Томской железной дороги (Томск).
Ответ на письмо Яголковского от 15 января 1900 г.: «Простите, глубокоуважаемый Лев Николаевич, что утруждаю Вас вопросами по своим недоумениям. Я позволяю себе занять Ваше время лишь потому, что, по моему убеждению, в таком же положении находятся тысячи интеллигентов. Все мы жадно читаем каждую Вашу строчку, надеясь найти ответы на вопросы: как жить, почему надо жить именно так, а не иначе? Для меня лично особенно важен ответ на последний вопрос. Я никогда не сомневался, что завет Христа — люби ближнего — прекраснейшая истина, но для того, чтобы жить в обществе, строй которого не соответствует заветам Христа, необходимо знать не только закон, но и всё мировоззрение, из которого этот закон вытекает. Таким мировоззрением Вы наделяете Нехлюдова после того, как история с Катюшей получает частное, не зависящее от него, Нехлюдова, решение. Оно основано на притче о виноградарях и выражено следующими словами Нехлюдова: “В этом всё. Я жил и все мы живем в нелепой уверенности, что мы сами хозяева своей жизни, что она дана нам для нашего наслажденья. А ведь это очевидно нелепо [курсив Яголковского]. Ведь если мы посланы сюда, то по чьей-нибудь воле и для чего-нибудь. А мы решили, что мы, как грибы, родились и живем только для своей радости, и ясно, что нам дурно, как будет дурно работнику, не исполняющему воли хозяина. Воля же хозяина выражена в учении Христа. Только исполняй люди это учение, и на земле установится царствие божие, и люди получат наибольшее благо, которое доступно им”. Вся моя просьба к Вам в том, чтобы это мировоззрение, очевидное и ясное для Вас, стало бы для меня хотя бы понятным и не противоречивым. Для Вас ясно, что нелепо предполагать, будто мы хозяева своей жизни, и что она дана нам для наслаждения. Для меня это не вполне ясно. Если ограничить нашу волю нравственными законами, вытекающими из нашего миросозерцания, то мы, действительно, хозяева жизни, а если неудобное слово “наслаждение” заменить словом “благо”, употребленным Вами ниже, то получится то, чтò Вы утверждаете дальше словами: “люди получат наибольшее благо”, т. е. не страданием должны жить люди, а благом. Где же очевидная нелепость? Далее. Вы указываете на различие нашей жизни и жизни грибов. Грибы никем не посланы, а потому они могут жить для своей радости, мы же, люди, оказываемся посланными кем-то, а отсюда уже следует, что должны для нас существовать воля пославшего и цель, для которой нас послали. Но откуда очевидность, что нас послали, а грибов никто не посылал, и где та разница, которая существенно отличает рождение гриба и рождение человека? Для Вас всё это очевидно, ясно, для меня — непонятно. Это письмо не полемика. Я думаю, что всё то важное, делающее непонятным Ваше мировоззрение, либо не высказано, вследствие очевидной для Вас ясности, либо так сказано, что я не мог усвоить его доказательности. Вот я и прошу Вас, Лев Николаевич, разрешить мои сомнения, ведь я один из тысячи таких же непонимающих».
Приведенная Яголковским цитата из «Воскресения» дана в этой редакции только в журнале «Нива» 1899, 52, стр. 1018. В отдельных изданиях она изменена. Новый текст: «То же самое делаем и мы, — думал Нехлюдов: — живя в нелепой уверенности, что мы сами хозяева своей жизни, что она дана нам для нашего наслажденья. А ведь это, очевидно, нелепо. Ведь если мы посланы сюда, то по чьей-нибудь воле и для чего-нибудь. А мы решили, что живем только для своей радости, и ясно, что нам дурно, как будет дурно работнику, не исполняющему воли хозяина. Воля же хозяина выражена в учении Христа. Только исполняй люди это учение, и на земле установится царствие божие, и люди получат наибольшее благо, которое доступно им».