Письмо Н. Н. Страхова Толстому, 6 июля 1888

6-го июля 1888 г. [Воробьевка].

Через неделю буду у Вас, безценный Лев Николаевич [В Ясную Поляну Страхов приехал, после трехнедельного пребывания у Фета в Воробьевке, 12-го июля и, 19-го июля писал из Ясной Н. Я. Данилевскому, сообщая ему любопытные подробности о Толстом, его занятиях и работах. (См. "Русск. Вестн." 1901 г., No 2, стр. 467).]. Я бы и сейчас перенесся к Вам, если бы послушался своего желания; но мне совестно бросить работу, которая идет плохо, но подвигается вперед порядочно. Если бы не ужасная погода, то здесь было бы удобно писать. Но всего лучше было бы в Петербурге, и меня теперь тянет туда.

Как я ни стараюсь возобновить в памяти прошлую жизнь, интерес лиц и происшествий, все мне кажется таким ничтожным, что я каждый день думаю: зачем это писать? [Т. е., свою статью о Достоевском, над которою Страхов тогда работал.]

Поеду к Вам — в Мекку, как смеются надо мной в Петербурге,— чтобы оживиться, чтобы прикоснуться к неистощимой духовной жизни. А Вы будьте снисходительны в моей сухости умственной и сердечной.

Татьяне Андреевне [Кузминской, сестре графини С. А. Толстой.] скажите, что луна и цыплята здесь есть: крокет же напомнил мне столько радостей и горестей, что я пришел в волнение; но впрочем обещаюсь по прежнему слушаться ее во всем.

Афанасий Афанасьевич [Шеншин (Фет).] и Марья Петровна [Жена Шеншина, рожд. Боткина.] очень кланяются Вам и Графине, и всем. Опять скажу,— будь я немножко потеплее и повлажнее, я мог бы тут много хорошего сделать. Везде, всегда люди мучат сами себя, и я, хныкающий, конечно делаю то же самое.

Простите, безценный Лев Николаевичь. Перед приездом я телеграфирую — прошу на то у Вас позволения.

Ваш душевно Н. Страхов.

1883. 6 Июля. Спб. [Ошибочно — вместо "Воробьевка".]