Письмо С. А. Толстой от 29 октября 1884 г.

1884 г. Октября 29. Я. П.

Боюсь, письмо нынче будет короткое. Поздно засиделся с Филипом, давая ему наставления. Встал рано, пошел по хозяйству. Потом занялся своим богословием ¹ — порядочно, потом поколол дров, и тут пришла ко мне Арина ² жаловаться на свою судьбу. И подвывала она, и голосила почти, и мало она жалка; но я надѣюсь соединить ее съ ея мужемъ. ³ Она ждет только того, чтобы он выразил согласие. Я хотел нынче заняться этим дипломатическим делом, но не успел. Да утром были еще две бабы. Одна с просьбой похлопотать о муже в остроге. Я написал Бибикову, ⁴ и, может быть, с пользой, другая старуха судится с деверем за квитанцию. Эту я уговорил бросить суд. Я вспомнил это потому, что здесь день кажется такой не блестящий, а вспомнить, — нет нет, и оказался полезным добрым людям. Потом поехал верхом в Лимоновской лес ⁵ посмотреть лес и руду, кот[орую] там нашли. Еще Митроф[ан] нанял таскать. Вот как раз тот хозяйственный вопрос, к[оторого] решенье трудно. Там живут две недели два мужика, одному 60-лет, ночуют и едят у Александры. ⁶ Дни проводят на работе. Работа такая: один копает в земле до 6 сажен глубины, кладет землю в кадушку и другой воротом вытаскивает пудов 5 в кадушке. Кадушка над головой того, к[оторый] внизу, — упустит верхний, и нижнему смерть или калечество. Кроме того, песок, которого на пути дудки несколько аршин, может тоже обрушиться, и тоже смерть. До обеда один, a после обеда другой внизу. Уговор работы такой. Копают на свое счастье и знание. Сколько бы ни прошли дудок, ничего не получают, пока не найдут руды. А если найдут, то копают 3 дудки и за каждую получают по 15 р[ублей]. Они прокопали две напрасно; в одной нашли, другую кончают, в к[оторой] тоже будет; а 3-я спорная. В ней есть руда, но по пути к ней 6 аршин песку. И потому опасно копать без сруба. И так обвалилось с шапку песку на нижнего копщика. Копач говорит, что эта дудка должна идти в счет, а Митрофан говорит, что нет. Посмотришь их работу, и ясно, что надо дать ему все, что он просит; а посмотришь со стороны только расходов и уговора, то ясно, что 15 р[ублей] нельзя бросать. Это очень резкий случай хозяйственных дилемм; я потому его описал. ⁷

Приехал поздно. Прекрасно пообедал, почитал и пошел с Дм[итрием] Фед[оровичем] в баню; потом беседовал с Мар[ьей] Аф[анасьевной] и Филипом. Много интересного. Я нынче весел, пот[ому] ч[то] от тебя хорошее, очень хорошее письмо. ⁸ Я думаю приехать после 1-го. Так все складывается и моя работа, и хозяйственный дела.

Как верно ты говоришь, что есть люди, кот[орым] деться некуда, и от этого ты должна губить свою жизнь. ⁹ Нынче, завтра, и так всю жизнь. Это ужасно.

Будем бороться. Как это странно, что все важное, имеющее самое большое влияние на жизнь, все чуть заметное, тихое, — и доброе, и дурное.

Early to bed and early to rise,

To be healthy, wealthy and wise. ¹⁰

Это почти правда. Прощай, душенька. Я тебя люблю точно так, как ты желаешь. Целуй детей. Хочется порадоваться на них по твоему письму, но боюсь, тут-то что-нибудь и случилось. Но я все таки радуюсь. —

На конверте: Москва. Хамовники. Графине С. А. Толстой свой дом.

1. 1. Писанием книги «Критика догматического богословия».
2. 2. Арина Федоровна Фролкова (р. 1831 г.), рожд. Шинтякова.
3. 3. Павел Игнатьевич Фролков (1827—1892), яснополянский крестьянин.
4. 4. А. Н. Бибиков, в то время был председателем Крапивенской земской управы.
5. 5. Березовый лес близ усадьбы Ясной поляны.
6. 6. Александр Прасекин, по прозвищу Овчарник.
7. 7. С. А. Толстая писала в ответ 30 октября: «Сейчас получила твое хозяйственное (о копачах и проч.) письмо. Значит, еще три дня тебя ждать. Зачем же ты показал такое нетерпение меня видеть? Сегодня весь день я лихорадочно ждала тебя, с таким счастьем и радостью, точно к празднику готовятся. Пока ты спокойно жил, пока я думала, что для тебя это счастье и нужно, до тех пор и сама я приходила в аккуратность и жила спокойно. — Ну, да так надо; только жалко: это охладит мою радость и собьет мою жизнь — эти три дня ожиданья» (ПСТ, стр. 272).
8. 8. От 27 октября. С. А. Толстая писала в этом письме: «Я часто думаю о деревне, о природе, о тишине и о том, какое от всего этого настроение серьезное, поэтическое, хорошее. А здесь плохо. Живи один, если тебе хорошо; я сочувствую тебе и совсем отрешилась от эгоизма. Уже нет у меня, как бывало, той досады, что не помогаешь мне, что не любишь нас и т. п.» (ПСТ, стр. 268).
9. 9. С. А. Толстая писала 27 октября: «мои мечты о раннем вставаньи и каком-нибудь деле уходят всё дальше, и дальше, увы! и всё это оттого, что приходят люди, которым деваться некуда и надо убить вечер».
10. 10. Рано ложась спать и рано вставая, Делаешься здоровым, богатым и мудрым.