Дневник Льва Толстого
8 июля 1853 года
Встал поздно. Начал б[ыло] писать, но нейдет. Я слишком недоволен своей бесцельной, беспорядочной жизнью. Читал Profession de foi du Vicaire Savoyard и, как и всегда при этом чтети, во мне родилось пропасть дельных и благородных мыслей. Да, главное мое несчасйе — большой ум. Спал после обеда, играл немного с мальчишками и сделал очень дурно, что не только не остановил, но подал повод срамить Яп[ишку]. —
Полн. собр. соч., т. 46, с. 167
Не могу доказать себе существования Бога, не нахожу ни одного дельного доказательства и нахожу, что понятие не необходимо. Легче и проще понять вечное существование всего Mipa с его непостижимо прекрасным порядком, чем существо, сотворившее его. — Влечение плоти и души человека к счастию есть единственный путь к понятию тайн жизни. Когда влечение души приходит в столкновение с влечением плоти, то первое должно брать верх, ибо душа бессмертна, также как и счастие, к[оторое] она приобретает. — Достижение счастия есть ход развития её. — Пороки души суть иопорченные благородные стремления. Тщеславие — желание б[ыть] довольным собой. Корыстолюбие — желание делать более добра. — Не понимаю необходимости существования Бога, а верю в него и прошу помочь мне понять его.— [15 июля. Пятигорск.] 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15 Июля. Уехал из Старогладовской без малейшего сожаления. Дорогой Ар[сланъ] - Хан опротивел мне до смерти. — Приехав в Пят[игорскъ], нашел Машу, пустившуюся в здешний свет. Мне было больно видеть это — не думаю, чтобы от зависти, но неприятно было расстаться с убеждением, что она исключительно мать семейства. Впрочем она так наивно мила, что в скверном здешнем обществе остается благородной. Послал письма: Бар[ятинскому] хорошее, Брим[меру] — поряд[очное] и Мооро — скверное. Валер[ьянъ] благоразумен и честен, но нет в нем того тонкого чувства благородства, которое для меня необходимо, чтобы сойдтись с человеком.— Барон хороший человек. Как не достает у В[алерьяна] и Н[иколиньки] такта, чтобы не смеяться над наружностью и манерами людей, когда сами они так плохи в этих отношениях. Вообще мне было тяжело и грустно. Этого чувства я не испытаю, я уверен, свидевшись с С[ережей], а еще более с Т[атьяной] А[лександровной]. Вчера соблазнился на красавицу Цыганку; но Б[огъ] спас меня. Перешел на старую квартиру и решился жить здесь и дожидаться, пока мне или придет отставка, или отпуск, и уехать только в случае, ежели меня прогонять, или уедут родные. —
До обеда писать Отр[очество], обедать у Маши, до бульвара продолжать О[трочество]. Остерегаться тщеславия. Отчего я холодно кланялся Бирю[кову]? Денег остается 28 р. 6 за сапоги, 4 за пальто, останется 18. Надо экономить. —
Полн. собр. соч., т. 46, с. 167–168