2 мая 1883 года

Поздно. Начал читать Kingsley. Пришел Озмидов. Я поговорил и услал его. Стал заниматься — не пошло. Написал письма Ге, Черт[кову], Урусовым, Мирскому, Толстой — всё дурные. Пришел Полонский, Озмидов обедать. Полонский интересный тип младенца глупого, глупого, но с бородой и уверенного и не невинного. Минор пришел. Этот умен, по крайней мере. Стал шить, сходил на Смоленской, опять шил. Пришел Писарев, Юрьев. Писарев — неподвижен. Кажется, таким и останется. Мне опять тяжело. Писать не могу.