10 июня 1904 года

Нынче посвежее. Поутру думалось хорошо. Вчера прочел в Св[ободномъ] Сл[овѣ] прекрасную выдержку из письма Е. Попова. Ничего не писал, ездил верхом по лесам и прекрасно думал. Записать слѣд[ующее]:

1) Сознание в нас, — не сознание, а то безвременное, внѣпространствен[ное] начало жизни, к[оторое] мы сознаем, — неподвижно, нетелесно, вневременно, внепространственно. Оно одно неизменно есть, и жизнь состоит в том, что мы все яснее и яснее, полнее и полнее сознаем его. Сознаем же его яснее и полнее п[отому], ч[то] не сознание растет, — оно неизменно, — a скрывающие его пределы утончаются. Как бы темная, густая туча, сквозь кот[орую] с трудом просвечивает солнце, двигаясь, заслоняет солнце все более и более светлыми частями, и солнце выплывает из неё. Тоже с нашей жизнью. В этом все движение жизни. Нам кажется, что движемся мы, а это движется то, что скрывает от нас нашу истинную сущность.

2) Времени, разумеется, нет для истинной жизни; оно есть только для тех действий, кот[орыя] мы совершаем в области «тучи» — того, что скрывает от нас нашу истинную жизнь. В этих делах необходимо сообразоваться с временем, с будущим и с вещественно-пространствен[ными] соображениями. Все дела эти непроизвольны (нам кажутся они только свободными), и все они, начиная с биения сердца и кончая научным открытием или художеств[еннымъ] произведением, все непроизвольны и ведут только к утончению «тучи», к утончению пределов, скрывающих жизнь. Свободны мы только в сознании своей божественности, проявляющейся в настоящем, т. е. вне времени.

3) Жизнь, истинная жизнь только в настоящем, т. е. вне времени. Как давно я знаю это, а только теперь вполне понял, и то едвали «вполне». Всегда, в каждый момент жизни можно вспомнить это, перенести свою жизнь в настоящий момент, т. е. в сознание Бога. И как только сделаешь это, так отпадает все, что может тревожить, воспоминан[iя] прошедшего, раскаяние, ожидание или страх будущего, и является спокойствие, твердость, радость. Я испытываю это теперь. И не думай, что это уничтожает энергию жизни, приводит к аскетической умной молитве и глядению на кончик носа. Напротив, это дает несравнимую с обычной жизнью энергию, бесстрашие, свободу и доброту.

4) Помня о том, что ты живешь только сейчас, в настоящем, т. е. вне времени, нельзя ни печалиться, ни тем более злиться; можно только радоваться и любить. О, помоги мне, Господи, т. е. тот, Кого я сознаю, чтобы всегда, а если нельзя всегда, то хоть как можно чаще сознавать Тебя.

5) Применяю это к своей жизни теперь, к моим старческим недугам. И недуги становятся благом. Я в старости имею две радости: одну — все радости этой жзни: общение с миром, природой, животными, главное людьми, работу мысли активной и пасивн[ой] (восприятия чужих мыслей), и еще имею радость сознания приближения перехода в новую форму жизни (мои недуги).