12 августа 1910 года

Удивляюсь, как пропустил вчерашний день. Вчера б[ыло] письмо, оч[ень] интересное. Я отвечал нынче. Вчера и нынче ничего не писал. Только ответил на важные письма. Нынче не выходил. Все оч[ень] слаб. Ложусь, сейчас 12-й час.

1) Полезно приучаться, когда один на один, не делать такие поступки, к[отор]ые не сделаешь при людях: не убить муху, не разсердить[ся] на лошадь... и т. п., и делать при людях такие поступки, зак[оторые] знаешь, что тебя осудят, но к[оторые] ты не считаешь дурными.

2) Бог это само в себе без ограничения то духовное начало, к[отор]ое я сознаю своим «я» и к[отор]ое признаю во всем живом.

Решил вчера все сказать Тане. Нынче с утра тяжелое чувство, недоброе к ней, к С[офьѣ] А[ндреевнѣ]. А надо прощать и жалеть, но пока не могу.

Сказал Тане. Она рада и согласна. Ч[ертковъ] оч[ень] доволен моим письмом, по словам Саши. Не выходил весь день. Вечером Ге хорошо рассказывал о Швейцарии. С[офья] А[ндреевна] оч[ень] взволнована и всегда в таком положении — очевидно больная — мне оч[ень] жалка. Ложусь.