Письмо Н. Н. Страхова Толстому, 8 сентября 1877

8-го сентября 1877 г. [Петербург].

Давно пора писать к Вам, безценный Лев Николаевич. Прежде всего благодарить за Ваше доброе письмо [Оно не известно.]. Вы читаете между строк мое уныние, и Ваше участие ко мне согревает и поддерживает меня удивительно. И вы даете мне прекрасные советы — сидеть дома, работать и не гоняться за людьми. Буду слушаться — я чувствую, как это верно. Впрочем я уже начал — много вечеров я просидел дома, и так буду продолжать. Кстати — и здоровье мое поправилось.

Я тут много читал об Вас. Появились, наконец, отзывы об 3-й части. 1) В Новом Времени статья Ор. Миллера, очень глупая,— упрекает Вас в барской изнеженности и любви к покою [Статья профессора Ореста федоровича Миллера "Гениальная Маниловщина" появилась в "Новом Времени" 1877 г., No 539.]. 2) В Голосе какого-то IV.— без гнева и с эстетической точки зрения. Критик изумляется, что Вы все размазываете (в целом романе) о каком-то Левине, тогда как следует говорить об одном лишь прелестном создании, Анне Карениной. 3) В Русском мире — там обиделись за полководцев без армии, и тоже говорят о Вашем пристрастии к сибаритству. 4) В Отеч. Зап. указывают на то, что Левин (по их мнению самое интересное лицо) сначала, повидимому, признавал свой долг народу, но потом спокойно примирился с своим положением эксплоататора.

Но самый лучший отзыв я получил в письме от моего приятеля Шестакова [См. выше, в письме 6-го августа 1877 г.], из Петрозаводска, и приведу его вполне: "Анну Каренину прочитал и пришел в неописанный восторг; не подумайте однакож, что собственно романическая сторона привела меня в такое состояние, нет,— это философия Л. Н. Он мне открыл свет, разрешил вопросы, которые тяготили меня. Но об этом после, теперь же просил бы Вас, когда будете писать графу, напишите ему и пожалуйста напишите, что в Петрозаводске есть человек, который благоговеет перед ним! Знаете ли, мне кажется, что даже М. В. Богданов [Михаил Васильевич Богданов в это время служил членом Палаты Уголовного Гражданского Суда в Петрозаводске, где И. А. Шестаков.] сделал поворот в своих мыслях, прочитав философствование Левина, а это не маловажная вещь". Не маловажная потому (прибавлю в объяснение), что Богданов — молодой человек самый крайний, упрямый и нелепый, хотя добрый.

И так Вы видите, что слова Ваши неотразимы по прежнему, и не один же Шестаков так чувствует их силу; можете быть уверены, что таких — тысячи.

В упреках, которые Вам делают, только один имеет смысл. Все заметили, что Вы не хотите останавливаться на смерти Карениной. И Вы мне говорили, что Вам противно возиться с тою жалостью, которая тут возбуждается. Я до сих пор не понимаю того чувства, которое Вами руководят. Может быть додумаюсь, но помогите мне. Последняя редакция самой сцены смерти так суха, что страх. Я, впрочем, думаю, что едва ли? удобно предлагать читателям новую редакцию, когда все черты до единой уже врезались в их памяти. Я пришлю Вам обе: редакции — переписанные, и, как мне ни совестно тревожить Вас, отрывая от Вашей новой работы,— прошу Вас, посмотрите еще, не оставить ли вторую?

Печатание идет недурно, хотя типография не делает того, что может. Я, впрочем, спишусь с Рисом [Владелец типографии в Москве.].

Предлагаю Вам еще две книги, недавно вышедшия: Мордовцева: Десятилетие Русского Земства [Изследование известного романиста Даниила Лукича Мордовцева "Десятилетие русского земства. 1864–1875". вышло в Пб. в 1877 г.], и Янсона, изследование крестьянских наделов [

Изследование профессора С.-Петербургского Университета Юлия Эдуардовича Янсона: "Опыт статистического изследования о крестьянских наделах и платежах", С.-Пб. 1877.]. Если Вы их не купили,— черкните мне, я сейчас же пришлю. Не посылаю потому, что боюсь прислать то, что у Вас уже есть. Янсон — здешний профессор. Книга его изображает экономическое положение крестьян, и говорят, наводит ужас.

Cournot — я решил читать, еще бывши у Вас, но до сих пор не успел, а прочту непременно. Теперь читаю Les évangiles Ренана, но вообще только привел все в порядок и за настоящее чтение еще не принимался. Слова Цингера [Василий Яковлевич Цингер, профессор математики Московского Университета, ботаник, автор речи "Точные науки и позитивизм", произнесенной на акте Московского Университета 12 января 1874 г.], которые Вы приводите, очень умны и если он сделает что-нибудь для их доказательства-хорошо будет. Я все собирался читать его речь против Конта, и до сих пор не успел.

Очень приятно мне думать, что Вы за работою. Вы пишете, что каждый должен быть работником — прекрасное исповедание веры, и к вам очень идет! Жизни и бодрости у Вас безконечно много, и от этого зависит тот мужественный характер, который имеют все Ваши произведения.

Всею душою Ваш Н. Страхов.

1877 г. 8 Сент.

P.S. Мой долг Вам возрос до 38 р. 25 коп., потому что летом без меня было продано Вашей Азбуки на 3 р. 25 коп.