5 июля 1854 года

Читал во время чаю, обеда и десерта, утро же все писал одно письмо тетиньке, которое пошлю, несмотря на то, что французский слог его мне очень не нравится. — Мие со дня на день становится труднее объясняться и писать по французски, надо же эту глупую манеру писать и говорить на языке, который плохо знаешь! — А сколько хлопот, потерянного времени, неясности в мыслях и нечистоты в природном языке из за этой манеры, а необходимо!

Вечером написал с главу Зап[исокъ] Феерв[еркера] с увлечением и порядочно. Олхин 2 раза был у меня, чего мне совершенно ненужно записывать, потому что чудесные выражения глупости, которые вырывались у него, я не запомню оттого, что запишу их. — Поел фруктов, несмотря на понос, и поручил Олхину нанять фортепьяно, вот две ошибки против основательности. Главный мой недостаток состоит в недостатке терпимости к себе и другим. Это не правило, а мысль, которую почему не записать сюда. Она напомнить через несколько времени то моральное состоите, в котором я находился 5-го Іюля 1854 года. (2)