22 января 1904 года

Здоровье все хорошо, но смерть близка. Плохо работалось. Нынче занимался купоном и колеблюсь, оставить или уничтожить чертей. Вчера и нынче очистил все письма. Думал:

1) К правительству надо выяснить свое отношение. И отношение это может быть двоякое: или правительство есть необходимое условие порядка, и надо подчиняться и служить ему; или признать то, что я признаю и что нельзя не признать, что правит[ельство] есть шайка разбойников, и тогда надо, кроме того, что стараться просветить этих разбойников, убедить их перестать быть разбойниками, самому выгородить себя, насколько это возможно, от участия с этими разбойниками в пользовании их добычей. Главное, не делать то, что делают теперь либералы: признавать правительство нужным и бороться с ним его же орудиями. Это детская игра.

2) Ночью думал: что такое время? Отчего оно как будто идет и идет медленно? Ведь ничего не идет, а только я сличаю различные движения, так что времени нет или оно стоить. A кроме того, всякий промежуток времени есть частица бесконечности, т. е. ничто. Если допустить время бесконечное, то нет различных существ. Все существа суть различные соединения, а так [какъ] эти соединения происходят бесконечно, то все повторятся бесконечное количество раз, и нет их уничтожения. Запутался. Чепуха. Устал.