3 июля 1906 года

Давно не писал. Болѣ[лъ] желудком. Урывками работал Д [ве] Д[ороги]. Духовное состояние очень радостное, свободное, в воле Бога чаще всего. Записать:

1) Я знаю, что живу в этом мире, что, живя, мне надо увеличивать любовь. Я спрашиваю, для чего это? И ответа нет. Но я верю, не могу не верить, что это хорошо, что это так надо. В этом вера.

Когда я спрашиваю себя: кто сделал, что это так, и кто знает, для чего это так? Я тоже не нахожу ответа. Но я верю, не могу не верить, что есть Тот или То, Кто или что сделало это и знает, зачем.

В этом вера в Бога.

2) Слабоумные и потому самоувѣренн[ые], упрямые люди не видят, просто не видят того, что опровергает их суждения.

Человѣ[къ] доказывает им то, что опровергает их. Он говорит, что доказывающий сам не верит и притворяется.

3) Ты как лошадь на колесе. Делать — работать будешь. Задача твоя только в том, чтобы делать, работать то, что тебе велено. Велено же тебе только то, чтобы себя делать лучше. А лучше значит покорнее Богу. A чем покорнее будешь Богу, тем тебе будет лучше и всем людям.

Благодарю Того, кто сделал это так. Лучше для человека ничего быть не могло.

4) Богатые землевладельцы осуждают рабочих, крестьян. Да ведь все, что они могут сделать дурного, все лучше того, что делаете вы. Вы своей жизнью, основанной на грабеже, разрушаете всякую нравственность в людях, а потом жалуетесь на их безнравственность.

5) К Кр[угу] Чт[енiя]. Четыре отдела:

1. Человек живет не для себя, а для исполнения воли Бога.

2. Что такое Бог? Закон и законодатель.

3. В чем воля Бога? В возвеличении в себе духа Бож[iя].

4. Что ожидает человека? Ничего не ожидает, а благо сейчасное и вечное дает исполнение воли Бога.

6) Если признать то, что время есть постепенное раскрытие для нас недоступного для нашего воспринимания во всем его значении: сущности себя и окружающего мира, то нам не нужно понятие движения самого в себе. Движение, при таком понимании, есть только перемена отношений меня и предметов. При раскрытии их во времени есть переход предметов из прошедшего в настоящее. Момент тому назад летающий стриж был перед окном, в теперешний, настоящий момент он за 2 аршина. Переход от одного места, т. е. отношения к другим предмет[амъ], я воспринимаю движением. Переход совершается постоянно, и потому постоянно все в движении.

7) Записано: теперешния бедствия привычны и распределены, но хуже трудно. (Не помню, к чему.)

8) Записано: чтобы узнать волю народа, надо вникнуть в состояние каждого. (Тоже не помню.)

9) К Кр[угу] Чт[енiя].

1. Жизнь есть обязанность.

2. Перед кем?

3. В чем обязанность

4. И в чем послѣдствi[я] исполнения.

10) На днях б[ылъ] в самом дурном расположении духа, и противен мне б[ылъ] только я сам. Слава Богу.

11) Получил от Гонч[аренко] озлобленное письмо. Сначала огорчило, но потом подумал: как ему тяжело злиться. — Вспомнил жалкого Александ[ра] Петр[овича] и начинаю чувствовать жалость, но только начина[ю]. Очень трудно. Главная трудность — самоуверенность людей.

12) Все зло от того, что нет религии. A нет религии от того, что одни люди настаивали на том, что религия в мурцовке и в том, что поп, накрыв фартуком, простит грех и т. п., и взрослые не могли верить этому. И свою религию не могли выдумать, а взяли то, что было: безбожие.

13) Мы часто смотрим на древних, как на детей. A дети и мы перед древними, перед их глубоким, серьезным, не засоренным пониманием жизни.

14) Меня обидели. Как хорошо! Могу простить, могу иметь радость прощен[iя].

15) Если русск[iй] народ — нецивилизован[ные] варвары, то у нас есть будущность. Западные же народы — цивилизованные варвары, и им уже нечего ждать. Нам подражать западн[ымъ] народам все равно, как здоровому, работящему, неиспорченному малому завидовать Парижск[ому] плешивому молод[ому] богачу, сидящему в своем отеле. Ah, que je m’embête!

Не завидовать и подражать, a жалеть.

16) Есть два сознания: одно — отделенности от Всего, другое — единства со Всем.

17) Какое спокойствие и бесстрашие, если желать только одного: исполнить волю Бога, дело Божие сейчас: любить людей и об одном этом думать!

18) Пробудись, возрасти, укрепись во мне и покори моего животного и заставь его служить Тебе, исполняя Твою волю.

19) Братцы, любите друг друга! говорил Іоанн в старости. Люди любят слушать это. Я вчера радостно испытал это с телеграфистом.

20) Что бы было, если бы все разговоры, все газеты, книги, лекции проповѣдова[ли] бы все одно и тоже, как теперь проповедуют революцию, проповедовали бы христианскую любовь, радость любви, благость её.

21) Индусы покорены Англичанами, а они свободнее Англичан: они могут жить без Англичан, а Анг[личане] не могут жить без них.

22) Какая ужасная привычка приказывать! Нет ничего более развращающего, нарушающего отношен[iе] естественного, доброго, разумного человека к человеку. Бедные и подвластные не знают этого греха; и это незнаиие с избытком искупает невыгоду их положения. Надо всем отвыкать приказывать.

23) Пришла мысль: не есть ли все, что делается теперь, только освобождение печати после долгого запрета для того, чтобы истина христiанск[ая] сильнее охватила бы людей.

24) Дурное расположение духа — нездоровье — это самая нужная проверка твердости христианского сознан[iя] — экзамен. Чем хуже физическ[ое] состояние, тем больше можно и долж[но] жить сознанием. Как это хорошо. Благодарен за это.

25) Все более ясно мне, что жизнь есть пробуждение. (Было ясно, теперь забы[ль].)

26) Если жизнь в духе (сознаешь ее в духе), то нет смерти, есть тольк[о] освобождение от уз тела.

27) Как можно положить жизнь в увеличении чинов, славы, богатства, мускулов (и как многие, умирая, живут этим (табакерка Семена)), так можно положить ее в увеличении духовной силы — любви. И можно умереть, не заметив этого, думая только об увеличении это[го] блага.