18 июля 1910 года

Жив, но плох. Все таже слабость. Ничего не работаю, кроме ничтожных писем и чтения Паскаля. С[офья] А[ндреевна] опять взволнована. «Я изменил ей и оттого скрываю дневники». И потом жалеет, что мучает меня. Неукротимая ненависть к Чер[ткову]. К Леве чувствую непреодолимое отдаление. И скажу ему, постараюсь любя, son fait. Был господин писатель тяжелый. Ездил в Тихвинское. Оч[ень] устал. Вечером б[ыли] Голд[енвейзеръ] и Черт[ковъ], и С[офья] А[ндреевна] готова б[ыла] выйти из себя. Ложусь спать.