8 января 1910 года

Оправилс[я], но оч[ень] слаб. Крестьянин Волынск[ой] губ. хочет быть книгоношей. Да, хотелось бы в пустыню. Письмо от Гус[ева] хорошее, и С[ашѣ] от Ч[ерткова]. Какие они оба.... ну, да все хорошо, что хорошо кончается. А письмо Ч[ерткова] такое сердечное и серьезное. И С[аша] может понять и почувствовать то, что он говор[итъ] о главном, независимом от моей личности. Дай Бог. Только ответил кое какие письма. Начал писать о податях, да бросил: не хотелось. Ходил, гулял. Теперь 5-й час, ложусь на постель.

Вечером читал интересный альманах Coenobium — интересный тем, что чувствуется недовольство своим духовным состоянием всех более или менее передовых людей. Вечером винт. Вчера не писал.